Из российской банковской системы исчезли 2,2 триллиона рублей за три года

Российская банковская система, ставшая на 70% государственной и получившая больше 3 триллионов рублей на латание дыр поддержание жизнеспособности, продолжает обрастать проблемными активами.

По сравнению с 2014 годом объем безнадежных кредитов на банковских балансах вырос в 2,4 раза и достиг 3,8 триллиона рублей, сообщил во вторник на конференции в Москве руководитель группы рейтингов финансовых институтов АКРА Кирилл Лукашук.
В течение последних трех лет в категорию “безнадежных” попали кредиты на 2,2 триллиона рублей – такая сумма ушла из банков в виде займов, возврат которых пришлось признать невозможным.
Утраченная сумма составляет 68% от средств, закачанных в банковскую систему в виде господдержки (3,2 трлн рублей по оценке Fitch). Это деньги, которые выдавались банкам на санацию других банков, напрямую заливались в капитал проблемных кредитных организаций и в виде кредитов рекой текли в фонд страхования вкладов, пополнение которого полностью легло на печатный станок ЦБ.

“Мы пришли к затянувшемуся структурному кризису. Большая часть корпоративных заемщиков чувствует себя хуже”, – констатировал Лукашук.

С учетом кредитов, которые продолжают обслуживаться, но с просрочкой, доля проблемных займов на банковских балансах превышает 11%. В денежном выражении это 6,5 трлн рублей, сообщил Лукашук.

При этом у всех заемщиков, “которые вышли в категорию проблемных, финансовое положение не восстанавливается, а делается только хуже”, добавил он: плохие долги зависают на балансах банков, а те до последнего скрывают масштаб своих проблем.
Так, “Открытие” в 2016 году сообщал, что только 7% кредитов было просрочено, в 2017 году после его национализации, выяснилось, что цифра втрое больше – 22,6%, привел пример Лукашук.

Бинбанк декларировал в качестве проблемных 13,4% кредитов, а в 2017-м, после прихода временной администрации, их стало уже 20,6%. В Промсвязьбанке показатель вырос с 11,34% в 2016 году до 17,3% в 2017-м.
Решить проблему мог бы банк “плохих долгов”, но “государство опоздало с этим лет на десять, это нужно было делать еще в 2009 году”, заявил Лукашук.

От редакции.
Чем же можно объяснить такие катастрофические результаты деятельности российских банков? Причём, крупных, ещё недавно вполне устойчивых…
Давайте разбираться.
Банки выдают крупные кредиты двум категориям заёмщиков: 1) крупным компаниям под бизнес-планы крупных проектов; 2) знакомым жуликам под откаты.
Невозврат кредитов в первом случае объясняется плачевным состоянием российской экономики. Заёмщики не в состоянии осуществить свои проекты в результате резкого падения платежеспособного спроса, с одной стороны, и столь же резкого повышения инфляции, т.е. цен в реальном секторе экономики. Начатые проекты, под которые взяты кредиты, оказываются либо неприбыльными, либо их вообще не на что завершить.
Невозврат кредитов во втором случае – предусмотрен заранее. Владельцы банков не довольствуются прибылью с кредитного процента, им выгоднее бывает получить сразу крупную сумму в виде отката за выданный банком кредит. Банк как юридическое лицо теряет деньги (потом они возмещаются за счёт других клиентов банка, а чаще – за счёт помощи из бюджета, т.е. за наш с вами счёт), зато частный собственник получает сразу крупную сумму непосредственно в свой карман. Причём, без какого-либо законного оформления, без уплаты налогов и пр. расходов. Он, конечно, заранее знает, что этот кредит не будет возвращён.
Да, банк этого собственника может обанкротиться. Хотя чаще его спасает государство. Но такое банкротство бывает выгодным банкиру. Он ведь тоже чаще всего – должник. Или Центробанку, или другим банкам. И в случае банкротства он может и не отдавать свои долги, а прикарманить их втихую.
Ещё один момент должен быть разъяснён. Тот факт, что суммы невозвратных кредитов у банков резко возрастают при банкротстве, объясняются не только тем, что банки действительно до последнего момента скрывают свои проблемы – ведь они не смогут привлечь средства со стороны, если инвесторы будут знать о предбанкротном состоянии своего заёмщика. Но есть ещё одно объяснение этому факту. Когда банк уже ясно ощущает неизбежность банкротства, он сам (точнее, его хозяин) начинает выдавать невозвратные кредиты – своим родственникам через подставных лиц, другим заёмщикам – опять же за откаты, самому себе… Поэтому в последние дни перед банкротством суммы невозвратных кредитов банка в самом деле резко возрастают, даже без всякого обмана контрольных органов. Ведь эти денежки всё равно придётся выплачивать уже не банку, а государству – т.е. опять нам с вами.
Так что в конечном счёте эти исчезнувшие триллионы исчезают только из наших карманов. И – по закону сохранения – оказываются в других карманах. Бедные становятся беднее, зато богатые – богаче.
Может возникнуть вопрос: а куда же смотрит государство, почему оно не только терпит всё это, но ещё и спасает эту систему. А для ответа на этот очень простой вопрос достаточно вспомнить – а чьё это государство? Ведь не наше же, а их. Оно и спасает своих. Для того и существует. Не для нас же с вами…