Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Российская Коммунистическая Рабочая Партия

РКРП-КПСС
Разделы Добавить в избранное Карта сайта
В Фонд Борьбы!
RKRP
Наши опросы

Ежегодный рост зарплат не ниже инфляции. см.

О нас Маркер Наша Программа Маркер Рабочее движение Маркер Наша пресса Маркер Фонд Борьбы Маркер Контакты Маркер ENGLISH

Какой из ответов – правильный? (2)

Дата: 10.09.2017 г. Добавил: tovarisch_vita
]]>Печать]]> E-mail
 
 В первой части этой статьи (http://rkrp-rpk.ru/content/view/16251/82/) был поставлен следующий вопрос: Нужно ли российскому пролетариату (классу наёмных работников) и его пролетарской коммунистической рабочей партии использовать буржуазные выборы депутатов Государственной Думы и президента РФ с целью создания политических условий и предпосылок для освобождения пролетариата от капиталистической эксплуатации? Очевидны два ответа: Один - нет, не нужно. Второй – да, нужно. Какой – правильный?

 Далее было обращено внимание на то, что: 

 С начала реставрации капитализма на территории бывшего государства трудящихся – Союза Советских Социалистических Республик прошло 30 лет. За этот короткий, по историческим меркам, срок капитализм (и его производственные отношения частной собственности на общественные средства производства), как в бывших республиках СССР, так и во всём мире, убедительно доказал своё несоответствие созданным им же современным производительным силам.

 Это несоответствие наглядно выражается в нынешнем экономическом и политическом мировом кризисе капитализма, начавшемся в 2008 г. и конца которому пока не только не видно, но и, похоже, он обостряется.

 На смену цивилизации частной собственности рабовладельцев, феодалов и капиталистов идёт цивилизация общественной собственности трудящихся. Начало этой исторической смене было положено победоносным пролетарским переворотом в Октябре 1917 г. Как решали поставленный выше вопрос пролетарские революционеры в России и в Европе тогда, когда шла подготовка к Октябрю 1917г. и после него. Каков опыт? Этот опыт: отрицательный и положительный, - был обобщён В.И. Лениным в мае 1920 г. в книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме».

 Пролетариям капиталистической РФ, чтобы завершить дело, начатое их предшественниками, нужно знать этот опыт. Знание этого опыта даст ответ, например, и на такой частный вопрос:  

 Нужно ли добиваться регистрации в качестве кандидата в президенты буржуазной РФ надёжного представителя интересов пролетариев – рабочего? 

 По этому вопросу тоже есть те же два ответа. Какой из них – правильный? 

 Была приведена (с моими сокращениями и выделениями) часть основных утверждений Ленина по этому вопросу в книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме». Первая часть этой статьи была закончена следующим утверждением Ленина из раздела «VII. Участвовать ли в буржуазных парламентах»: 

 «Вывод отсюда совершенно бесспорный: доказано, что…участие в буржуазно-демократическом парламенте не только не вредит революционному пролетариату, а облегчает ему возможность доказать отсталым массам, почему такие парламенты заслуживают разгона, облегчает успех их разгона, облегчает «политическое изживание» буржуазного парламентаризма. Не считаться с этим опытом…значит делать глубочайшую ошибку и как раз отступать от интернационализма на деле, при признании его на словах. Взглянем теперь на «голландски-левые» доводы в пользу неучастия в парламентах...» 

 Так каковы же были доводы сторонников не участия? 

 «Взглянем теперь на «голландски-левые» доводы в пользу неучастия в парламентах...: 
 «Когда капиталистическая система производства сломлена и общество находится в состоянии революции, парламентская деятельность постепенно теряет значение по сравнению с действиями самих масс.  
 Когда, при таких условиях, парламент становится центром и органом контрреволюции, а, с другой стороны, рабочий класс строит орудия своей власти в виде Советов, - может оказаться даже необходимым отказаться от всякого и какого бы то ни было участия в парламентской деятельности».

 Первая фраза явно неверна, ибо действие масс - например, крупная стачка - важнее парламентской деятельности всегда, а вовсе не только во время революции или при революционной ситуации. Этот явно несостоятельный, исторически и политически неверный, довод показывает только с особенной наглядностью, что авторы абсолютно не учитывают ни общеевропейского…, ни русского (см. выше) опыта относительно важности соединения легальной и нелегальной борьбы... 

 Вторая фраза, во-первых, неверна исторически. Мы, большевики, участвовали в самых контрреволюционных парламентах, и опыт показал, что такое участие было не только полезно, но и необходимо для партии революционного пролетариата как раз после 1-ой буржуазной революции в России (1905) для подготовки 2-ой буржуазной (II. 1917) и затем социалистической (X. 1917) революции.
 Во-вторых, эта фраза поразительно нелогична. Из того, что парламент становится органом…контрреволюции, а рабочие создают орудия своей власти в виде Советов, из этого вытекает то, что рабочим надо подготовляться - подготовляться идейно, политически, технически - к борьбе Советов против парламента, к разгону парламента Советами. Но из этого вовсе не вытекает, что такой разгон затрудняется или не облегчается присутствием советской оппозиции внутри контрреволюционного парламента… 
 Мы прекрасно знаем, что разгон нами учредилки 5. I. 1918 был не затруднен, а облегчен тем, что внутри разгоняемой контрреволюционной учредилки была как последовательная, большевистская, так и непоследовательная, лево-эсерская, советская оппозиция.

 Авторы тезиса совершенно запутались и забыли опыт целого ряда, если не всех, революций, свидетельствующий о том, как особенно полезно во время революций соединение массового действия извне реакционного парламента с сочувствующей революции (а еще лучше: прямо поддерживающей революцию) оппозициею внутри этого парламента. Голландцы и «левые» вообще рассуждают здесь как доктринеры революции, никогда в настоящей революции не участвовавшие, или в историю революций не вдумавшиеся, или наивно принимающие субъективное «отрицание» известного реакционного учреждения за действительное его разрушение совместными силами целого ряда объективных факторов. 

 Самое верное средство дискредитировать новую политическую (и не только политическую) идею и повредить ей состоит в том, чтобы, во имя защиты ее, довести ее до абсурда. Ибо всякую истину, если ее сделать «чрезмерной» …, если ее преувеличить, если ее распространить за пределы ее действительной применимости, можно довести до абсурда, и она даже неизбежно, при указанных условиях, превращается в абсурд…

 Разумеется, кто стал бы говорить по-старому и вообще, что отказ от участия в буржуазных парламентах ни при каких условиях недопустим, тот был бы не прав. Пытаться дать здесь формулировку условий, при которых бойкот полезен, я не могу, ибо задача этой статьи гораздо более скромная: учесть русский опыт в связи с некоторыми злободневными вопросами интернациональной коммунистической тактики. Русский опыт дал нам одно удачное и правильное (1905), другое ошибочное (1906) применение бойкота большевиками. 

 Анализируя первый случай, мы видим: удалось не допустить созыва реакционной властью реакционного парламента в обстановке, когда с исключительной быстротой нарастало внепарламентское (в частности стачечное) революционное действие масс, когда никакой поддержки ни единый слой пролетариата и крестьянства реакционной власти оказывать не мог, когда влияние на широкие, отсталые массы революционный пролетариат обеспечивал себе стачечной борьбой и аграрным движением. 

 Совершенно очевидно, что к европейским современным условиям этот опыт неприменим. Совершенно очевидно также, - на основании изложенных выше доводов, - что защита, хотя бы условная, отказа от участия в парламентах…в корне неправильна и вредна для дела революционного пролетариата. 

 В Западной Европе и Америке парламент сделался особенно ненавистным передовикам-революционерам из рабочего класса. Это, бесспорно. Это вполне понятно, ибо трудно себе представить нечто более гнусное, подлое, изменническое, чем поведение гигантского большинства социалистических и социал-демократических депутатов в парламенте за время войны и после нее. Но было бы не только неразумно, а прямо преступно поддаваться этому настроению при решении вопроса, как следует бороться с общепризнанным злом. 

 Во многих странах Западной Европы революционное настроение является теперь, можно сказать, «новинкой» или «редкостью», которой слишком долго, тщетно, нетерпеливо ждали, и может быть поэтому так легко уступают настроению. 

 Конечно, без революционного настроения в массах, без условий, способствующих росту такого настроения, революционной тактике не претвориться в действие, но мы в России слишком долгим, тяжелым, кровавым опытом убедились в той истине, что на одном революционном настроении строить революционной тактики нельзя. 

 Тактика должна быть построена на трезвом, строго объективном учете всех классовых сил данного государства (и окружающих его государств, и всех государств, в мировом масштабе), а также на учете опыта революционных движений. Проявить свою «революционность» одной только бранью по адресу парламентского оппортунизма, одним только отрицанием участия в парламентах очень легко, но именно потому, что это слишком легко, это - не решение трудной и труднейшей задачи…

 Вы хотите создать новое общество? и вы боитесь трудностей при создании хорошей парламентской фракции из убежденных, преданных, героических коммунистов в реакционном парламенте! Разве же это не ребячество? … 

 Именно потому, что отсталые массы рабочих… пропитаны буржуазно-демократическими и парламентскими предрассудками, именно поэтому только извнутри таких учреждений, как буржуазные парламенты, могут (и должны) коммунисты вести длительную, упорную, ни перед какими трудностями не останавливающуюся борьбу разоблачения, рассеяния, преодоления этих предрассудков... 

 Критику - и самую резкую, беспощадную, непримиримую критику - следует направлять не против парламентаризма или парламентской деятельности, а против тех вождей, которые не умеют - и еще более тех, кои не хотят - использовать парламентских выборов и парламентской трибуны по-революционному, по-коммунистически.

 Только такая критика - соединенная, конечно, с изгнанием вождей негодных и с заменой их пригодными - будет полезной и плодотворной революционной работой, воспитывающей одновременно и «вождей», чтобы они были достойны рабочего класса и трудящихся масс, - и массы, чтобы они научились разбираться правильно в политическом положении и понимать нередко очень сложные и запутанные задачи, которые из этого положения вытекают. 

 VIII. НИКАКИХ КОМПРОМИССОВ? 

 Мы видели… с какой решительностью выдвигают «левые» этот лозунг... Вот что писал в 1874 году против манифеста 33-х коммунаров-бланкистов Энгельс…: 

 ««... Мы - коммунисты» (писали в своем манифесте коммунары-бланкисты) «…потому, что хотим достигнуть своей цели, не останавливаясь на промежуточных станциях, не идя на компромиссы, которые только отдаляют день победы и удлиняют период рабства». 
 Немецкие коммунисты являются коммунистами потому, что они через все промежуточные станции и компромиссы, созданные не ими, а ходом исторического развития, ясно видят и постоянно преследуют конечную цель: уничтожение классов и создание такого общественного строя, при котором не будет более места частной собственности на землю и на все средства производства. 
 33 бланкиста являются коммунистами потому, что они воображают, что раз они хотят перескочить через промежуточные станции и компромиссы, то и дело в шляпе, и что если - в чем они твердо уверены - на этих днях «начнется», и власть очутится в их руках, то послезавтра «коммунизм будет введен». Следовательно, если этого нельзя сделать сейчас же, то и они не коммунисты. 
 Что за детская наивность - выставлять собственное нетерпение в качестве теоретического аргумента!» 

 ...Но пролетарии, воспитанные на многократных стачках (чтобы взять одно только это проявление классовой борьбы), обыкновенно прекрасно усваивают глубочайшую… истину, изложенную Энгельсом. 
 Каждый пролетарий переживал стачку, переживал «компромиссы» с ненавистными угнетателями и эксплуататорами, когда рабочим приходилось браться за работу либо ничего не достигнув, либо соглашаясь на частичное удовлетворение их требований. 
 Каждый пролетарий, благодаря той обстановке массовой борьбы и резкого обострения классовых противоположностей, в которой он живет, наблюдает разницу между компромиссом, вынужденным объективными условиями (у стачечников бедна касса, нет поддержки со стороны, они изголодались и измучились до невозможности), - компромиссом, нисколько не уменьшающим революционной преданности и готовности к дальнейшей борьбе рабочих, заключавших такой компромисс, - и, с другой стороны, компромиссом предателей, которые сваливают на объективные причины свое шкурничество (штрейкбрехеры тоже заключают «компромисс»!), свою трусость, свое желание подслужиться капиталистам, свою податливость запугиваниям, иногда уговорам, иногда подачкам, иногда лести со стороны капиталистов… 

 Разумеется, бывают единичные случаи исключительно трудные и сложные, когда лишь с величайшими усилиями удается правильно определить действительный характер того или иного «компромисса» … 
 Разумеется, в политике, где дело идет иногда о крайне сложных - национальных и интернациональных - взаимоотношениях между классами и партиями, очень много случаев будет гораздо более трудных, чем вопрос о законном «компромиссе» при стачке или о предательском «компромиссе» штрейкбрехера, изменника вождя и т. п. Сочинить такой рецепт или такое общее правило («никаких компромиссов»!), которое бы годилось на все случаи, есть нелепость. Надо иметь собственную голову на плечах, чтобы в каждом отдельном случае уметь разобраться. 

 В том-то и состоит, между прочим, значение партийной организации и партийных вождей, заслуживающих этого звания, чтобы длительной, упорной, разнообразной, всесторонней работой всех мыслящих представителей данного класса вырабатывать необходимые знания, необходимый опыт, необходимое - кроме знания и опыта - политическое чутье, для быстрого и правильного решения сложных политических вопросов. 

 Наивные и совсем неопытные люди воображают, что достаточно признать допустимость компромиссов вообще, - и будет стерта всякая грань между оппортунизмом, с которым мы ведем и должны вести непримиримую борьбу, - и революционным марксизмом, или коммунизмом. 
 Но таким людям, если они еще не знают, что все грани и в природе и в обществе подвижны и до известной степени условны, нельзя ничем помочь кроме длительного обучения, воспитания, просвещения, политического и житейского опыта. 
 В практических вопросах политики каждого отдельного или специфического исторического момента важно уметь выделить те, в которых проявляется главнейший вид недопустимых, предательских, воплощающих губительный для революционного класса оппортунизм, компромиссов и на разъяснение их, на борьбу с ними направить все усилия... 

 «... Со всей решительностью отклонить всякий компромисс с другими партиями... всякую политику лавирования и соглашательства», - пишут германские левые… Удивительно, что при таких взглядах эти левые не выносят решительного осуждения большевизму! 
 Не может же быть, чтобы германские левые не знали, что вся история большевизма, и до и после Октябрьской революции, полна случаями лавирования, соглашательства, компромиссов с другими и в том числе с буржуазными партиями!
 Вести войну за свержение международной буржуазии, войну во сто раз более трудную, длительную, сложную, чем самая упорная из обыкновенных войн между государствами, и наперед отказываться при этом от лавирования, от использования противоречия интересов (хотя бы временного) между врагами, от соглашательства и компромиссов с возможными (хотя бы временными, непрочными, шаткими, условными) союзниками, разве это не безгранично смешная вещь? … 

 Победить более могущественного противника можно только при величайшем напряжении сил и при обязательном, самом тщательном, заботливом, осторожном, умелом использовании как всякой, хотя бы малейшей, «трещины» между врагами, всякой противоположности интересов между буржуазией разных стран, между разными группами или видами буржуазии внутри отдельных стран, - так и всякой, хотя бы малейшей, возможности получить себе массового союзника, пусть даже временного, шаткого, непрочного, ненадежного, условного. 

 Кто этого не понял, тот не понял ни грана в марксизме и в научном, современном, социализме вообще. 
 Кто не доказал практически, на довольно значительном промежутке времени и в довольно разнообразных политических положениях, своего уменья применять эту истину на деле, тот не научился еще помогать революционному классу в его борьбе за освобождение всего трудящегося человечества от эксплуататоров. 
 И сказанное относится одинаково к периоду до и после завоевания политической власти пролетариатом… С 1905 года они (большевики – К.) систематически отстаивали союз рабочего класса с крестьянством против либеральной буржуазии и царизма, никогда не отказываясь в то же время от поддержки буржуазии против царизма (например, на 2-ой стадии выборов или на перебаллотировках) и не прекращая самой непримиримой идейной и политической борьбы против буржуазно-революционной крестьянской партии - «социалистов-революционеров», разоблачая их, как мелкобуржуазных демократов, фальшиво причисляющих себя к социалистам.

 В 1907 году большевики заключили, на короткое время, формальный политический блок на выборах в Думу с «социалистами-революционерами» …Постепенный переход рабочих масс от меньшевиков к большевикам мы наблюдали ясно в 1917 году… 
 Почему в Германии такая же, вполне однородная тяга справа налево привела к усилению не сразу коммунистов, а сначала промежуточной партии «независимцев», хотя никаких самостоятельных политических идей, никакой самостоятельной политики эта партия никогда не имела, а только колебалась между Шейдеманами и коммунистами. 
 Очевидно, одной из причин была ошибочная тактика немецких коммунистов, которые должны безбоязненно и честно эту ошибку признать и научиться ее исправить.
 Ошибка состояла в отрицании участия в реакционном буржуазном парламенте и в реакционных профсоюзах, ошибка состояла в многочисленных проявлениях той «левой» детской болезни, которая теперь вышла наружу и тем лучше, тем скорее, с тем большей пользой для организма будет излечена... 

 Капитализм не был бы капитализмом, если бы «чистый» пролетариат не был окружен массой чрезвычайно пестрых переходных типов от пролетария к полупролетарию…; если бы внутри самого пролетариата не было делений на более и менее развитые слои, делений земляческих, профессиональных, иногда религиозных и т. п. 

 А из всего этого необходимость - и безусловная необходимость для авангарда пролетариата, для его сознательной части, для коммунистической партии прибегать к лавированию, соглашательству, компромиссам с разными группами пролетариев, с разными партиями рабочих и мелких хозяйчиков вытекает с абсолютной необходимостью. Все дело в том, чтобы уметь применять эту тактику в целях повышения, а не понижения, общего уровня пролетарской сознательности, революционности, способности к борьбе и к победе. 
 Надо заметить, между прочим, что победа большевиков над меньшевиками требовала не только до Октябрьской революции 1917 года, но и после нее, применения тактики лавирования, соглашательства, компромиссов, разумеется, такого и таких, которое облегчало, ускоряло, упрочивало, усиливало большевиков насчет меньшевиков. 

 Мелкобуржуазные демократы… неизбежно колеблются между буржуазией и пролетариатом, между буржуазной демократией и советским строем, между реформизмом и революционностью, между рабочелюбием и боязнью пролетарской диктатуры и т. д. 
 Правильная тактика коммунистов должна состоять в использовании этих колебаний, отнюдь не в игнорировании их; использование требует уступок тем элементам, тогда и постольку, какие, когда и поскольку поворачивают к пролетариату - наряду с борьбой против тех, кои поворачивают к буржуазии.
 В результате применения правильной тактики меньшевизм все более распадался и распадается у нас, изолируя упорно оппортунистических вождей и переводя в наш лагерь лучших рабочих, лучшие элементы от мелкобуржуазной демократии. 

 Это - длительный процесс, и скоропалительным «решением» «никаких компромиссов, никакого лавирования» можно только повредить делу усиления влияния революционного пролетариата и увеличения его сил...»

 Каждый, кто прочтёт эти теоретические положения и рекомендации Ленина, сможет сделать вывод о необходимости использования буржуазных избирательных компаний, с целью подготовки политических условий и предпосылок для освобождения пролетариата, с учётом современных условий, сложившихся в нынешней капиталистической РФ. 

 Далее Ленин в разделе «IX «Левый» коммунизм в Англии», критикуя английских коммунистов, вновь подчёркивает необходимость, сообразуясь с обстоятельствами, использовать для достижения своих целей буржуазный парламентаризм: 

 «В Англии нет еще коммунистической партии, но…; есть несколько политических партий и организаций…, желающих создать коммунистическую партию и ведущих уже между собой переговоры об этом. В газете «Дредноут Рабочих» …, редактируемой тов. Сильвией Панкхерст, помещена ее статья: «К коммунистической партии» … Оказывается, одним из главных препятствий к немедленному созданию единой коммунистической партии являются разногласия по вопросу об участии в парламенте…

 Но продолжение читайте в следующей части. 

К.И. Курмеев
Пермское отделение 
Российской коммунистической рабочей партии
Просмотров 393
Поделиться:
  • Добавить в  ВКонтакте
  • Добавить в  FaceBook
  • Добавить в  Twitter
  • Добавить в  Google
  • Добавить в  Liveinternet
  • Добавить в  livejournal.com
  • Добавить в  в Мой Мир
  • Добавить в  Я.ру