ЗА РАБОЧЕЕ ДЕЛО

«Пролетариату нечего терять, кроме своих цепей. Но приобретёт он весь мир»

(«Манифест Коммунистической партии»)

«Нашим олигархам есть что терять, в том числе и свои золотые цепи»

(Смысловая цитата из выступления В.В.Путина

на встрече с российскими предпринимателями)

Продолжая цикл о политических партиях, действующих в

Удмуртии, сегодня мы предлагаем вниманию наших читателей

запись беседы с руководителем Ижевского городского

отделения Российской коммунистической рабочей партии-Революционной партии коммунистов (РКРП-РПК), депутатом Госсовета Удмуртии, учителем школы № 100

Владимиром Тихоновым.

- Владимир Борисович, когда была создана партия и чем она

отличается от КПРФ? Ведь даже многие известные политологи,

президент фонда ?Политика? В. Никонов, например,

возрождение коммунистического движения в нашей стране

связывают с именами Зюганова и, что совсем странно, Ивана

Полозкова?

- РКРП была создана в ноябре 1991 года в Свердловске, когда

после августовских событий Ельцин своим указом запретил

деятельность КПСС и КП РСФСР на территории России. Но

нашлись люди, которые остались верны своим идеалам, хотя

оставаться коммунистом тогда было достаточно непопулярно,

если не сказать опасно.

- То есть партия была организована оперативно.

- В то время создавались и другие родственные организации ?

это и РПК (Российская партия коммунистов) и ВКПБ?

- ВКПБ ? это партия некогда знаменитой Нины Андреевой,

автора перестроечного манифеста «Не могу поступаться

принципами»?

- Да, андреевская. Съезды этих организаций проходили и в

Москве, и в Ленинграде, в других городах. Наш же 1-ый съезд

прошёл, как я уже говорил, в Свердловске. На нём были

представители от Удмуртии, и уже скоро в республике были

созданы и реском, и городская партийная организация. При

этом хочу подчеркнуть, что тогда мы были гораздо сильнее,

чем, к примеру, КПРФ сегодня. Последняя была создана в пику

нам в феврале 1993 года из, как многие у нас уверены,

«удобных» власти коммунистов, из тех, кто был парализован

после так называемого августовского путча (а я помню наш

обком в то время - никого из руководителей нет, знамёна и

документы свалены в кучу)…

- Во дворе закапывают, образно говоря, партбилеты и жгут

учётные карточки?

- До октября 93-го КПРФ оставалась более слабой, но Зюганов

фактически поддержал ельцинский режим в событиях 3-4

октября, когда призвал людей оставаться дома и не защищать

Верховный Совет. В то время как коммунисты РКРП и РПК были в

рядах его защитников, именно наши товарищи гибли под огнём

ельцинской хунты. Но после всех этих кровавых событий и

Зюганов, и руководство КПРФ не поддержали наш бойкот

выборов и референдума по антисоветской Конституции, которые

прошли в декабре того же года. И именно их участие, а явка

избирателей тогда едва достигла необходимого минимума,

сделало тот референдум и выборы легитимными. Это также

способствовало утверждению ельцинского режима и всей

последовавшей антинародной вакханалии. После этого КПРФ и

стала, так сказать, «оппозицией его величиства» и именно

тогда между нами произошло размежевание.

- Кто лидер вашей партии, как осуществляется в ней

руководство?

- Как такового лидера у нас нет. Есть группа людей, которая

осуществляет общее руководство.

- То есть можно сказать, что партия не вождистская и

руководство в ней осуществляется коллегиально?

- Вполне. Мы сразу настраивались на то, что у нас не

будет вождей. Хотя я считаю, что это было ошибкой. Партии

нужны яркие личности, которые её представляют. И у нас

тогда был один? (вспоминает).

- Тюлькин, Купцов?

- Нет, горлопан?

- Анпилов?

- Точно, Виктор Анпилов. Он был тогда наиболее яркой и

известной фигурой, везде представлял партию - где надо и

где не надо, - но его отчислили с формулировкой «за

анархизм и примитивизм», хотя он и говорит сейчас, что сам

ушёл.

- Хлёстко и ёмко…

- Но верно. Его действия и заявления стали вредить партии,

тем более он стал себя отождествлять с ней?

- Он и сейчас приходит в экстаз от собственных речей?

- После этого РКРП раскололась, он создал свою партию,

сейчас она называется КПСС (Ленина-Сталина) и, хотя изгнан

он более семи лет назад, многие, до сих пор связывают нас с

Анпиловым. Но это совсем не так, если вы посмотрите наши

издания, то найдёте в них массу критики в адрес этого

политического деятеля.

- Как называется ваш центральный печатный орган?

- Газета «Трудовая Россия», тираж её небольшой, всего 25

тысяч экземпляров. Но доходит и до Удмуртии.

- Но это же очень мало для России! У нас местные удмуртские

газеты большим тиражом выходят.

- Это так, издание получается больше для внутреннего

пользования.

- Какова структура вашей организации в Удмуртии, если это

конечно не партийная тайна?

- Так получилось, что наиболее сильные организации у нас

находятся в Красногорье и Юкаменском районе. Среди городов

это Ижевск, Глазов, Можга, но вот в Воткинске и Сарапуле у

нас, к сожалению, ячеек нет. Первым секретарём рескома у

нас является Фефилов Владимир Николаевич Фефелов, ну а ижевской

организацией избран руководить я.

- Немного странно - партия рабочая, а самые сильные

структуры вы имеете в фактически депрессивных сельских

районах… В Красногорском районе и промышленности-то

никакой нет.

- Вот так получилось, так сложилось исторически.

- Но беднейшее трудовое крестьянство как часть своей

социальной базы вы не отвергаете?

- Конечно нет, тем более скоро большинство из крестьян

станут наёмными работниками.

- На какой идейной платформе стоит РКРП-РПК?

- На марксистско-ленинской?

- Ближе к Марксу или Ленину?

- К Ленину. Мы за диктатуру пролетариата в её ленинском

понимании.

- Цель политическая понятна, но вот как вы намереваетесь её

добиться - парламентскими методами?

- Нет, пока это только пропаганда и агитация. Мы не приемлем буржуазного парламентаризма, так как считаем, что с помощью нажатия кнопок пролетарскую революцию не совершишь. И здесь наше главное расхождение с КПРФ как

парламентской партией.

- То есть партия такого боевого, я бы сказал, чегеваровского типа?

- Да, мы понимаем, что наше время не пришло. И если в

середине 90-х была уверенность, что ещё немного и мы вернём

власть народу, то теперь понятно, что ждать придётся долго,

может быть даже десятилетия. Но мы должны быть к этому

готовы. Народ пока сохраняет веру, что чего-то можно

добиться голодовками или обращаясь в суд, выставляя пикеты.

Однако, чем дальше, тем больше убеждаешься, что это

какой-то тупиковый путь. Наши люди пока ещё не готовы к

решительным действиям. Многие говорят: дайте мне автомат и

пойду против всех этих гадов, но через пять минут вся

решимость куда-то улетучивается.

- Может быть, ваши потенциальные сторонники ещё пока не

понимают, что в России строится чистый капитализм, то есть

далеко не шведская или австрийская модель?

- А судя по последним законопроектам, пачками принимаемым

Госдумой, нас возвращают в классический восемнадцатый век,

время «огораживаний» и пролетаризации в Англии.

- Получается, что Госсовет Удмуртии для вас как депутата -

это трибуна «агитатора, горлана, главаря»?

- Это так. Но наши методы, когда придёт, как говорится, час

«икс», будут непарламентскими.

- То есть, как уже было раньше: «революционные матросы»,

«почта, телефон, телеграф», «Вся власть Советам!», «мы на

горе всем буржуям мировой пожар раздуем»?

- Если понадобится…

- Расскажите, как вы смогли выиграть выборы в наш Госсовет? Ведь, как утверждают, удовольствие это не из самых дешёвых.

- Я потратил на всю свою избирательную компанию всего

восемь тысяч рублей. Три тысячи у меня были свои, ещё пять

тысяч мне выделили в нашей КПРФ…

- То есть они поступили по-товарищески?

- Да. А вот районная администрация мешала как могла, даже на работу звонили, но сделать ничего не смогли. Избиратели поверили мне.

- Ну вот вам и преимущество демократии.

- Тот режим, который у нас установился сейчас, демократией, то есть народовластием, никак не является.

- Отсюда логически вытекает вопрос: кто составляет вашу

социальную базу?

- Ответ на него в названии партии - это рабочие, так как мы

партия диктатуры пролетариата.

- А много рабочих, в частности промышленных, в партии?

- К сожалению, пока очень немного, и в этом заключается одна из наших проблем.

- То есть как у большевиков - преобладание интеллигенции, которая борется и страдает за рабочее дело?

- Пока так.

- Как выстраиваются ваши отношения с КПРФ, в частности в Удмуртии?

- Я говорил, что в 93-м мы с ними разошлись. Но в сентябре прошлого года на съезде в Ленинских Горках мы приняли нелёгкое для себя решение идти на выборы вместе с КПРФ, так как для большинства наших избирателей во многом непонятна

суть разногласий между нами. Повторяю, решение далось нелегко, так как уже стало известно о включении в партийные избирательные списки порядка 30 кандидатов от «ЮКОСа» и связанных с ним структур. Наши коммунисты не забыли ещё, как в 2000 году, на президентских выборах в Удмуртии, и Зюганов, и Маслюков, и Сапожников призывали избирателей Удмуртии поддержать кандидатуру А. Волкова. Хотя для нас

здесь удивительного мало. По нашему мнению, КПРФ давно больна болезнью социал-демократии.

- Как у вас складываются отношения с коллегами-коммунистами в Госсовете, удаётся ли вам вести какую-то совместную работу?

- Нас, коммунистов, там всего четверо ? Красильников, Андреев, Ходырев от КПРФ и я от от РКРП-РПК. Вес наш там по сравнению с прошлыми созывами почти никакой. Хотя,

объединив усилия и, несмотря на все препятствия со стороны аппарата, мы смогли, к примеру, затормозить прохождение законопроекта о коммерческом обороте земель в Удмуртии…

- Вам не кажется, что правы те, кто утверждает, что руководство КПРФ и её депутаты, в том числе и в Удмуртии, давно структурированы в существующую политическую систему и неплохо благодаря этому живут? Я вспоминаю реплику Владимира Соловьёва. Когда он спросил «доктора рабочих наук» Василия Шандыбина о том, что за дорогущие золотые

часы с бриллиантами у него на руке, тот ответил: ребята с родного завода подарили.

- Я в значительной мере согласен с этим. Про того же А.А.Андреева, прессекретаря КПРФ, у нас говорят, что парень он хороший, с ним приятно общаться, но рубашку за народное дело на себе, как говорится, рвать не будет?

- Лишь бы на других не рвал.

- Но я надеюсь, что придёт время и наши товарищи вспомнят, что они всё-таки коммунисты. Сейчас же мы даже в нашем Госсовете вместе не сидим, что тут говорить о каких-то совместных действиях.

- У Солженицина и Варлама Шаламова есть ёмкое определение для тех заключённых, которые за счёт страданий своих товарищей шли на сотрудничество с лагерной администрацией, дабы вырвать себе пайку побольше, условия содержания

получше, - «ссученные».

- Среди коммунистов, особенно высшего руководства, найдутся и такие. Но мне лично стыдиться нечего - я как имел годовой доход в 40 тысяч рублей, так столько и получаю (хотя я и учитель первой категории). Вот даже сотовый телефон мне на выпускном мои школьники подарили. Моим убеждениям близки строки Омара Хайяма: Лучше впасть в нищету,/ Голодать или красть,/ Чем в число лизоблюдов/ Презренных попасть./ Лучше

быть без гроша,/ Чем питаться сластями/ Со стола негодяев,/

имеющих власть… Но я повторяю: КПРФ - это наши союзники. И наша с ними общая задача - это организация по-настоящему оппозиционной партии, отстаивающей интересы народа.

Записал Евгений РЕНЕВ