Желтые жилеты должны выступать под красным флагом

От редакции.

Идеологическая комиссия ЦК РКРП обратилась к руководству братской партии «Коммунистическая революционная партия Франции» с просьбой дать свой классовый анализ движению «Жёлтые жилеты». Товарищи откликнулись на нашу просьбу и прислали свой ответ.

Морис Кюкьерман

С конца ноября политическая ситуация в нашей стране была отмечена извержением движения "Желтые жилеты". Это послужило отправной точкой: в разгар идеологического наступления неолиберализма одной из повторяющихся тем является повышение налога на топливо и объявление о выравнивании цены на дизельное топливо с ценой на бензин.

Пужадизм[1], крайне правые или классовая политика правительства?

Вскоре журналисты, как и некоторые политики и профсоюзные деятели, заговорили о пужадизме. И не случайно: именно против налогов Пужад мобилизовал мелких торговцев, а одного из депутатов его парламентской группы звали ... Жан-Мари Ле Пен. Для Макрона и его правительства, осуждение пужадизма было частью маневра второго тура президентских выборов: встретиться лицом к лицу с политической силой, отмеченной ее фашистскими корнями, собрать всех тех, кто обеспокоен прогрессом фашистских сил во Франции и в мире.Речь шла о подготовке к европейским выборам на этой основе. Для президента и его правительства, значительно ослабленных с лета, после ухода министров экологии Юло, внутренних дел Коломба, министра культуры, трудностей с перестановками, дела Беналлы и беспрецедентного социального недовольства в течение многих лет, ситуация была ясной: вызов налогов демонизировал бы его противников, в то же время заставляя его появляться на переднем плане экологической борьбы, когда его политика в этой области сильно оспаривается. Неоспорим тот факт, что наиболее реакционные силы (Национальный Фронт и Республиканцы) поначалу стремились воспользоваться этим движением. Пужадистская тенденция удовлетворила бы их и позволила бы их присоединить к кампании для проведения антисоциальной политики. Но мы не должны упускать из виду одну вещь: эти кампании Национального Фронта и Республиканцев совпадают с кампаниями правительства в этом вопросе и способствуют осуществлению политики, проводимой с начала пятилетнего мандата Макрона; устранение налога на роскошь, нападения на муниципальные бюджеты, снижение сборов с высоких доходов и т.д. Макронисты, Национальный Фронт и Республиканцы могут расходиться в некоторых деталях, но их цель одна - речь идет о классовой политике, обеспечивающей расширение источников накопления капитала для монополий и финансовой олигархии.Это сопровождается нападками на государственные службы, уступкой частному сектору всего, что может быть выгодно с капиталистической точки зрения, нападениями на пенсии, на пособия по безработице, на социальное обеспечение, ростом налогов для пенсионеров, неустойчивостью, дерегулированием прав трудящихся, низкой заработной платой. Уровень безработицы, который остается очень высоким, не может быть замаскирован камуфляжными операциями, сопровождающимися ростом нестабильности!И на заднем плане присутствует классовое высокомерие маленького маркиза старого режима, президента Республики Макрона, правую идеологическую ориентацию которого мы характеризуем с 2017 года, что он подтвердил неоднократно, но особенно за несколько недель до «кризиса», тайно пытаясь реабилитировать маршала Петена времен войны 1914–1918 годов, восстанавливая его « престиж ».

В сердце политического кризиса!

В этом контексте увеличение налогов на бензин и дизельное топливо вызвало неожиданный гнев в социальных слоях, о котором до сих пор не говорилось: люди отвернулись от прямых политических выборов, пытаясь найти убежище в воздержании, больше, чем в голосовании против всех, разочарованные обещаниями, несдержанными с 1981 года "единой партией" буржуазии (Партия Социалистов, Республиканцы). Эти социальные слои, предоставленные сами себе, из-за присоединения лидеров Французской Компартии к капитализму и их разрыву с классовой позицией, ведущих к организационному распаду этой партии и господству реформизма «рабочей аристократии» в профсоюзном движении. Жёлтые жилеты в целом не участвовали в общественных движениях последних лет из-за отсутствия политических перспектив, а также из-за фатализма. С одной стороны, большие мобилизации с 2002 года не были победными, профсоюз CFDT препятствовал им и предал их, профсоюз CGT не имел большого влияния (сильный отпечаток оставило дело Лепаона, первого секретаря CGT, и скандал, связанный с коррупцией). С другой стороны, обход правительством результатов референдума 2005 года по европейской конституции (большинство населения отказалось от европейской конституции, но три годя спустя, пересмотр французской конституции и Лиссабонский договор способствовали по факту принятию европейской конституции) помог укрепить мысль о том, что ничего нельзя поделать. Макрон и его претензии на свержение традиционных политических рамок не создавали иллюзий у нынешних «желтых жилетов». Массовый характер воздержания на выборах 2017 года способствовал дискредитации политического режима: 400 депутатов представляют всего 17% голосов от числа зарегистрированных! Но именно бенефициары этого политического мошенничества с момента своего прихода к исполнительной власти подпитывают (для своего «демократического» проекта по перекомпоновке политического поля) постоянную кампанию против роли парламента. До сих пор, ни одно правительство не пыталось упразднить Высший Суд, чтобы министры могли без страха проводить политику, о которой просит президент капиталистических монополий! Как можно удивляться «отказу от политики» теми, кто годами в полной мере использовал преимущества неолиберальной политики финансовой олигархии и кто чувствует ее обострение со времен Макрона? И насколько удивительно их недоумение, по крайней мере, перед «экологическими» аргументами, выдвинутыми исполнительной властью для оправдания повышения цен на топливо (с благословения ПС и Зеленых)? Как тогда можно удивляться отказу от политики теми, кто страдает от неолиберальной политики финансовой олигархии в течение многих лет и кто чувствует усиление этой политики при Макроне? И как можно удивляться их сомнениям перед аргументами касающимися экологии, которые правительство использует для обоснования повышения тарифов на топливо?

Данное движение оригинально, противоречиво, но не настолько аполитично, как это представляют СМИ

Когда движение образовалось, не было сомнений, что крайне правые и правые из оппозиции попытаются воспользоваться им. Сопротивление повышению тарифов на топливо само по себе не ставит под вопрос систему. Партия Республиканцев уже выражала недовольство по отношению к налогам для пенсионеров. Но правильно было бы еще и выразить протест против налогов, которые уменьшают покупательную способность рабочего класса и народных масс в их разнообразии (пенсионеры, безработные, индивидуальные предприниматели, ремесленники, госслужащие, мелкая буржуазия). Перед таким движением, вопрос не в том, чтобы понять, стоят ли за ним на самом деле ультраправые, а в том, чтобы понять, как рабочее движение будет сопротивляться демагогическим попыткам крайне правых воспользоваться движением для политического престижа и как оно сумеет изолировать реакционные элементы. Ведь среди желтых жилетов нет ни акционеров, ни членов руководства монополий. Карлос Гон, который являлся генеральным директором слияния Рено-Ниссан-Мицубиси, до последнего момента пользовался поддержкой правительства и не ходил на протесты желтых жилетов (он не бил жандармов, но он обманывает налоговую службу и переносит свое место жительства для того, чтобы платить меньше налогов, пользуется социальными благами, то есть сплошное « отсутствие насилия »!) Первый урок классовой борьбы - классовая принадлежность имеет огромное значение в движении масс, а не политические или идеологические позиции. Это то, что Коммунистический Интернационал, чье столетие мы празднуем в этом году, сумел извлечь из антифашистской борьбы в тридцатые годы, призывая революционный пролетариат идти в массовые организации, где фашисты пытались их организовывать. Как можно забыть, что испанские рабочие комитеты родились и были организованы рабочим классом против франкизма на рабочих местах, в фашистских вертикальных испанских профсоюзах, деятельностью подпольных коммунистов? Желтые жилеты, как показывают разные исследования, являются, в большинстве своем, работниками мелких и средних предприятий, безработными, пенсионерами, ремесленниками, индивидуальными предпринимателями. У многих из них маленькие доходы, и они теряют покупательную способность, в то время как цены на жилье растут, что добавляется к росту цен на топливо, а также к увеличению количества штрафов из-за скоростного ограничения на дорогах (летом 2018 правительство приняло решение ограничить скорость до 80 км/ч на дорогах, где ограничение было 90 км/ч). Они терпят деградацию государственных услуг (особенно в провинции) и монополизацию розничной торговли крупными сетевыми гипермаркетами.

Правительство пытается оправдать повышение налогов аргументом экологии но у него не получается обмануть массы, которые находятся в тяжелом положении. Люди понимают, что они были вынуждены зависеть от автомобиля и что сегодня их обвиняют в том, что они ответственны за глобальное потепление, относясь к ним с презрением. Люди пытаются сводить концы с концами, покупают дизельные транспортные средства, потому что они дешевле. Они возмущены тем, что именно им (как и всему рабочему классу и среднему классу) придется платить за энергетический переход.

Всё было сделано для того, чтобы дискредитировать движение. Те, кто участвовал, были помечены как фашисты, популисты, расисты, враждебные иммиграции. Возмутительно то, что эта пропаганда может найти сторонников в профсоюзном движении. Потому что реальность - это спрос на увеличение минимальной заработной платы, поддержание и расширение гос. услуг, восстановление налога на имущество, налогообложение, основанное на социальной справедливости ... - короче говоря, все требования профсоюзного движения. И тогда очень быстро появились политические требования, форму и содержание которых мы не всегда разделяем в деталях, но которые характеризуются отказом от президентского режима, готовностью участвовать в политической жизни. В остальном, мы, коммунисты, должны признать, что альтернативой является борьба с капитализмом, за власть трудящихся, другую общественную организацию, а не Желтые жилеты, открытые для политики, при всей важности их движения. К сожалению, народные движения, в том числе революционные, полны людей, чьи мотивы мелочны, и участие которых продиктовано только их недовольством.

Нам кажется, что в этом движении есть две характеристики, которые должны заставить активистов профсоюзов задуматься. Во-первых, это движение является непрерывным и перспективным. Не только потому, что во время написания этих строк оно превысило десятинедельную мобилизацию, но и потому, что после манифестации движение продолжается в разных формах (занятие кольцевых развязок, блокировки дорог ...), что доказывает целеустремленность движения. Второе - это сопротивление насилию со стороны государства и сил порядка (буржуазного порядка, разумеется). Власть применяет насилие, навязывая политику монополий, и это насилие более ощутимо, чем раньше. Правительство Макрона использует свои репрессивные силы со значительной жестокостью. Ясно, что осуждение насилия демонстраций частью профсоюзного движения со стороны лидеров "левых" подпитывает правительственную пропаганду.

Мы не занимаемся восхвалением насилия. Мы осуждаем насилие со стороны полиции. Из субботней демонстрации вытекает заключение, что целью репрессивных сил не было предотвращение вандализма. Их единственной целью было помешать протестам. Жёлтые жилеты показали, что перед лицом власти, чтобы защищаться от ее насилия и бороться с ней, народ не может оставить полиции прерогативу организации и контроля демонстраций и протестующих. Тем более, что усиление авторитаризма на государственном уровне отражается в скандальном поведении полиции. Например, чрезвычайное положение было введено на законодательном уровне на систематической основе, что ограничивает проведение демонстраций, а в некоторых случаях даже невозможно покинуть шествия, так как полиция окружает манифестации. И, кроме того, чтобы прийти на демонстрацию, даже «легальную», нужно согласиться на обыск. Это означает, что полиция должна иметь последнее слово в развертывании демонстраций, используя слезоточивый газ, как считает нужным. Золотые жилеты отказались от этого маскарада. И тем самым они указали на слабость исполнительной власти.

Остается только порадоваться тому, что во многих департаментах активисты профсоюзов примкнули к Желтым жилетам. Это движение должно расти. Желтые жилеты в своей массе должны осознать необходимость организации борьбы с буржуазией и, таким образом, самоорганизации (это также касается безработных и пенсионеров). Соединение с профсоюзным движением должно позволить победить демагогию «великих дебатов», а также выразить гнев, который гремит даже в тех секторах, где кажется, что нет никакого движения. Но это невозможно сделать, если профсоюзное движение не скинет роль «посреднического органа», которую некоторые хотели бы видеть в нём, например, любое участие в «социальном диалоге», функция которого заключается в интеграции профсоюзного движения в защиту капитализма. Напротив, необходимо положить конец соглашательскому унионизму. Призыв к общенациональной забастовке необходим на основе требований профсоюзного движения и «Желтых жилетов» и против политики исполнительной власти. Это лучший способ подготовить почву для побед рабочего движения и избежать риска маневров со стороны крайне правых фашистов.


[1]Пьер Пужад(1920 — 2003) — французский крайне правый политик, «национал-синдикалист», основатель пужадизма. Деятельность Пужада дала рождение термина «пужадизм». Вначале это было движение защиты мелких торговцев и ремесленников. Однако, позже термин приобрёл более общее значение и определяется как восстание против толстосумов, фискалов и аристократии, и отторгающее интеллектуалов, во имя «здравого смысла» и защиты «маленького человека». Пужадизм, сторонником которого был и Жан Мари Ле Пен, является одним из предшественников правого националистического Национального Фронта.