Учение Маркса – Ленина всесильно, потому что оно верно!

Доклад РКРП к 150-летию В.И. Ленина

ВВЕДЕНИЕ

ЛЕНИН КАК САМЫЙ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНЫЙ ОРТОДОКСАЛЬНЫЙ МАРКСИСТ

Ещё в юные годы Ленин - тогда ещё Володя Ульянов - выбрал для себя жизненный путь как служение делу рабочего класса.  Читаем в самом первом томе Полного собрания сочинений В.И. Ленина: «Пробуждение человека в «коняге» - пробуждение, которое имеет такое гигантское, всемирно – историческое значение, что для него законны все жертвы»[1]. Поставив перед собой задачу такого всемирного масштаба, Ленин изучал практику революционеров-предшественников и их рецепты переустройства мира. Отдавая должное искренности намерений и мужеству людей, порой посвятивших всю свою жизнь без остатка служению идее освобождения труда, Владимир Ильич закономерно пришел к марксизму, вымолвив в тяжелый момент жизни семьи знаменитое: «Мы пойдем другим путем!» Это путь марксизма - путь революционной борьбы рабочего класса. Надо подчеркнуть, что Ленин был не просто марксистом как ученик Маркса и Энгельса, он стал горячим сторонником и активнейшим продолжателем научной школы марксизма. Подчеркивая, что марксизм - прежде всего наука, не только описывающая и объясняющая действительную реальность,  но главное - показывающая способы её изменить: « Прямая задача науки, по Марксу, это — дать истинный лозунг борьбы, т.е. суметь объективно представить эту борьбу как продукт определенной системы производственных отношений, суметь понять необходимость этой борьбы, её содержание, ход и условия развития. «Лозунг борьбы» нельзя дать, не изучая со всей подробностью каждую отдельную форму этой борьбы, не следя за каждым шагом её, при её переходе из одной формы в другую, чтобы уметь в каждый данный момент определить положение, не упуская из виду общего характера борьбы, общей цели её — полного и окончательного уничтожения всякой эксплуатации и всякого угнетения»[2]. 

У Ленина безграничная уверенность в правильности теории Маркса основывалась именно на понимании научности учения. «Люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов»[3].            

   «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно!» - так утверждал В.И. Ленин, но при этом подчеркивал: «Мы вовсе не смотрим на теорию Маркса как на нечто законченное и неприкосновенное; мы убеждены, напротив, что она положила только краеугольные камни той науки, которую социалисты должны двигать дальше во всех направлениях, если они не хотят отстать от жизни»[4].

В этом ленинском «не отстать от жизни» заключено столько смысла, что нам, его ученикам, стоит учиться и разбирая уроки великих свершений, и анализируя совершенные ошибки. Ленин показал, что «именно пролетарские тенденции движения выражает ортодоксальная, а демократически-интеллигентские – оппортунистическая социал-демократия»[5]. Ортодоксия в вопросах марксизма означает следование методу Маркса: понимание его метода, принятие его метода, применение в анализе и на практике, а также дальнейшее его развитие и углубление. Именно ортодоксальность, последовательность в вопросах марксизма приводит к его правильному творческому развитию, не приводя к ревизионизму и утопизму. Здесь и знаменитый ленинский совет, что готовых рецептов на все случаи жизни никто и никогда не даст, поэтому революционерам нужно иметь собственную голову на плечах и исходить из анализа конкретной исторической ситуации – в этом живая душа марксизма. И главный критерий понимания марксизма - в том, что мало просто признавать классовую борьбу. «Кто признает только борьбу классов, тот еще не марксист, тот может оказаться еще не выходящим из рамок буржуазного мышления и буржуазной политики. Марксист лишь тот, кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата»[6]. И замечательное указание Ленина о великом значении единства: «Единство — великое дело и великий лозунг! Но рабочему делу нужно единство марксистов, а не единство марксистов с противниками и извратителями марксизма. И каждого говорящего об единстве мы должны спросить: с кем единство? с ликвидаторами? — Тогда нам нечего делать вместе. А если речь идет об единстве действительно марксистском, — тогда мы скажем: с самого возникновения правдистских газет мы зовем к сплочению всех сил марксизма, к единству снизу, к единству на практической работе»[7].                                                            

На войне как на войне, бывает - приходится и отступать под давлением сил неприятеля и обстоятельств. Бывает, что силы реакции переходят в наступление и торжествуют, как например, сегодня происходит в России. Для таких случаев Ленин давал совет, что главной задачей партии является сохранение её ортодоксальности, её революционного характера, созданного в годы наибольшего подъема движения.

При этом партия должна противостоять как давлению справа, оппортунистическим тенденциям вписаться в легальную реформистскую деятельность, так и леваческим анархо-революционным колебаниям: «По нашему мнению, кризис социализма обязывает сколько-нибудь серьезных социалистов именно к тому, чтобы обратить усиленное внимание на теорию, — решительнее занять строго определенную позицию, — резче отмежеваться от шатких и ненадежных элементов. Мы предпочитаем долгую и трудную работу над тем, за чем есть будущее, «легкому» повторению того, что уже осуждено прошлым. Это нынче в моде — лягать ортодоксию[8] (ПСС, т. 6, Стр. 386-387).

Поэтому РКРП исходит из того, что сегодня наша общая, всего коммунистического движения, задача выстоять в ортодоксальном качестве, не потерять отношения к марксизму как к научной теории. Ленин в трудные моменты жизни говорил, что надо посоветоваться с Марксом, заглядывал в его труды. Сталин называл себя учеником Ленина. Под руководством партии большевиков, её вождей Ленина и Сталина была свершена первая в мире социалистическая революция, был осуществлен первый опыт построения реального социализма в государстве рабочих и крестьян. В теоретическом и политическом плане это опыт использования и развития ортодоксального марксизма, великого революционного учения, доставшегося нам в XX-м веке уже в виде-марксизма-ленинизма.

ДЕЛО ВСЕЙ ЖИЗНИ ЛЕНИНА – ОСВОБОЖДЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА. ОРГАНИЗАТОР РАБОЧЕГО ДВИЖЕНИЯ В РОССИИ

 «Пробуждение человека в «коняге» — пробуждение, которое имеет такое гигантское, всемирно-историческое значение, что для него законны все жертвы…»[9]

К началу ХХ века рабочее движение в России находилось на подъёме, но, вместе с тем, оно было разрозненно, разобщено, не являло собой единый монолитный кулак рабочего класса. Социалисты того времени зачастую также не способствовали превращению отдельных протестных выступлений трудящихся в могучее всероссийское движение. Широко на тот момент распространённое течение «экономистов» не ставило своей целью придать стихийной борьбе рабочего класса сознательный и всеобщий характер. Среди тех, кто поддерживал и распространял эту идею, было принято игнорировать роль передовой теории, роль сознательности. Считалось, что рабочие постепенно сами, самотёком придут к социализму, и им не нужна в этом помощь социал-демократии. «Экономисты» отрицали необходимость политической борьбы пролетариата против царизма и капитализма. Желательна та борьба, которая возможна, а возможна та, которая идёт в данную минуту – примерно так рассуждали вожди «экономизма».

Именно Ленин объявил решительную борьбу с этим вредным и разобщающим рабочих течением, характеризовал его как направление безграничного оппортунизма, пассивно приспособляющегося к стихийности. Социализм в рабочее движение может быть привнесён только организацией революционеров, которые должны сделать всё для подъёма сознательности трудящихся.

Вместе с «экономизмом» объединению рабочего класса мешали другие модные среди интеллигенции течения. Кто-то проповедовал местничество, то есть замыкался в организации борьбы в одном регионе, отрицая необходимость подъёма классовой борьбы до всероссийского уровня. Были такие, кто в духе народнических традиций на первый план выдвигал методы индивидуального террора. Некоторые же призывали к немедленной атаке царского режима всеми наличными и готовыми к борьбе силами.

Этому множеству отвлекающих рабочий класс от борьбы течений Ленин противопоставил своё учение, наиболее стройно изложенное им в работах «С чего начать?» и «Что делать?»

«Непосредственной задачей нашей партии не может быть призыв всех наличных сил теперь же к атаке, а должен быть призыв к выработке революционной организации, способной объединить все силы и руководить движением не только по названию, но и на самом деле, т. е. быть всегда готовой к поддержке всякого протеста и всякой вспышки, пользуясь ими для умножения и укрепления военных сил, годных для решительного боя»,[10] - писал Владимир Ильич.

Исходным пунктом в построении такой революционной организации по плану Ленина должна была стать общероссийская политическая газета, работа над которой даст возможность выполнить сразу же несколько задач, необходимых для дела объединения поднимающегося рабочего класса.

Во-первых, общероссийская газета – это отличный инструмент для принципиально выдержанной и всесторонней агитации и пропаганды. Там, где надо, газета сможет пробудить интерес к политике, дать практический совет, развеять теоретические сомнения. Частота и периодичность выхода поставленной на должный уровень газеты покажет всем трудящимся, что дело борьбы находится в надёжных руках, что во главе рабочего движения стоят люди, умеющие вести не только теоретические споры, но и практическую работу. Общая газета стала, как это на деле показал Ленин, универсальным инструментом для преодоления раздробленности и местничества. Политическая направленность газеты позволит рабочему классу, разбуженному экономическим движением, сделать следующий важный шаг – пробудить в сознательных слоях народа страсть к политическим обличениям.

Во-вторых, газета – это ещё и коллективный организатор. При помощи газеты в России сложится организация революционеров, которые дадут возможность тысячам своих членов заниматься не только местной, но и общероссийской работой.

«Одна уже техническая задача — обеспечить правильное снабжение газеты материалами и правильное распространение ее — заставляет создать сеть местных агентов единой партии, агентов, находящихся в живых сношениях друг с другом, знающих общее положение дел, привыкающих регулярно исполнять дробные функции общерусской работы, пробующих свои силы на организации тех или иных революционных действий. Эта сеть агентов будет остовом именно такой организации, которая нам нужна: достаточно крупной, чтобы охватить всю страну; достаточно широкой и разносторонней, чтобы провести строгое и детальное разделение труда; достаточно выдержанной, чтобы уметь при всяких обстоятельствах, при всяких «поворотах» и неожиданностях вести неуклонно свою работу; достаточно гибкой, чтобы уметь, с одной стороны, уклониться от сражения в открытом поле с подавляющим своею силою неприятелем, когда он собрал на одном пункте все силы, а с другой стороны, чтобы уметь пользоваться неповоротливостью этого неприятеля и нападать на него там и тогда, где всего менее ожидают нападения»[11].

Путём споров, дискуссий, убеждения Владимиру Ильичу удалось доказать части соратников перспективность предложенного им пути развития. Революционная практика показала, что все его аргументы оказались верны. Газета «Искра» стала на долгое время тем самым коллективным организатором и пропагандистом, который был так необходим российскому пролетариату. В условиях всё большего нарастания рабочего движения рабочие и революционные социал-демократы получали в статьях «Искры» ясные ответы на волновавшие их вопросы, чёткие указания, что и как делать.

Искровские агенты распространяли доставляемую нелегальными путями газету, часто перепечатывали целые статьи отдельными брошюрами, всеми силами старались наладить поступление в редакцию материалов с мест. Это была тяжёлая и самоотверженная работа, приведшая к созданию в России крепких ячеек социал-демократической партии. Любой сознательный рабочий теперь знал, куда идти и что делать при необходимости организовать стачку, демонстрацию, при выдвижении требований фабрикантам и властям. В качестве агентов «Искры» показали себя настоящими революционерами такие соратники Ленина как Иван Васильевич Бабушкин, Николай Эрнестович Бауман, Елена Дмитриевна Стасова, Глеб Максимилианович Кржижановский, Мария Ильинична Ульянова, Розалия Самойловна Землячка, Михаил Иванович Калинин. Организатором продвижения «Искры» в Закавказье был Иосиф Виссарионович Сталин.

Важно, что передовая ленинская газета появилась в России в самый нужный момент. Страна становилась центром мирового революционного движения. Тысячи рабочих теперь могли делиться опытом и получать инструкции по организации классовой борьбы на местах, и этой возможностью пролетарии пользовались всё шире и шире. Трудящиеся теперь не прозябали в неведении, не оставались беззащитными перед хозяевами предприятий, чиновниками и их полицейскими и военными карателями. Газета стала стержнем, объединившим вокруг себя не только организацию революционеров, но и весь класс.

Как это часто случается в революционном движении, со временем большинство членов редакции «Искры» скатились на путь оппортунизма. Но и после этого Владимир Ильич не отказался от идеи общерусской политической газеты. На какое-то время место «Искры» занимали газета «Вперёд», «Рабочая газета», «Звезда».  А в 1912 году вышел первый номер «Правды», газеты, ставшей к 1917 году рупором большевиков, органом, давшим слово всем угнетённым, всем борцам за дело социализма.

Таким образом, можно уверенно сказать, что российский рабочий класс обрёл сознательность и смог совершить Октябрьскую революцию при решающем влиянии ленинской партии, объединившейся вокруг общерусской политической революционной газеты.

ЛЕНИНСКАЯ ТЕОРИЯ ПАРТИИ НОВОГО ТИПА И ЕЁ ВОПЛОЩЕНИЕ В ПАРТИИ БОЛЬШЕВИКОВ

Победа пролетариата в Октябре 1917 г. была бы невозможной, если бы он не имел такой организации, как партия большевиков: «партии боевой, партии революционной, достаточно смелой для того, чтобы повести пролетариев на борьбу за власть, достаточно опытной для того, чтобы разобраться в сложных условиях революционной обстановки, и достаточно гибкой для того, чтобы обойти все и всякие подводные камни на пути к цели»[12].

Это была партия нового типа по сравнению со старыми рабочими партиями II Интернационала. В.И. Ленин не только создал, вместе со своими соратниками, такую партию, но также описал и обосновал ее необходимые признаки. Ленинская теория партии нового типа изложена в работах В.И. Ленина (в частности, в его знаменитых книгах «Что делать?» и «Шаг вперед, два шага назад»), в решениях съездов большевистской партии, конгрессов Коминтерна, в работах И.В. Сталина и других учеников Ленина.

Одно из первых требований к партии, из-за которого и произошло первое столкновение между большевиками и меньшевиками (и образовались сами эти два направления) – это требование, чтобы партия была не рыхлым движением или, как сейчас говорят, «тусовкой», а организованным целым. «Партия должна быть суммой организаций», - говорил Ленин. Т.е. нельзя просто назвать себя членом партии и кричать «я коммунист», когда хочется, а когда невыгодно, то молчать, при этом не связывая себя никакими обязанностями. А надо вступить в какую-либо из организаций партии и работать в ней, подчиняясь партийной дисциплине и выполняя как поручения местной организации, так и решения руководящих органов партии. И важность этого требования неоспорима – ведь понятно, что руководить борьбой пролетариата против организованной силы буржуазного государства и буржуазии в целом может только другая, более организованная сила.

«Дайте нам организацию революционеров, и мы перевернем Россию![13]», - эта фраза Ленина резюмирует сказанное выше.

Другой важный принцип демократического централизма, легшего в основу организационных принципов ленинской партии – принцип единства воли и единства действий партии, которые заключается в требовании подчинения меньшинства большинству и нижестоящих органов вышестоящим.

Сейчас некоторые современные последователи меньшевизма в организационных вопросах заявляют, что организованная и централизованная партия устарела, что теперь нужны более размытые формы, некие «сетевые структуры» и т.п. Что, мол, централизованная партия склонна к забюрокрачиванию, и её легко нейтрализовать, разгромив центральное руководство. Но ведь централизация и дисциплина армии никак не исключают способность отдельных подразделений сражаться по отдельности, без связи с центром, даже в окружении.  То же самое и с партией. Большевистские организации действовали в тяжелейших условиях царской России, на нелегальном или полулегальном положении, когда жандармы постоянно «выбивали» руководящие органы, без устойчивой связи с ЦК, вынужденным значительное время работать в эмиграции. И партия большевиков с честью прошла через все испытания и вышла победительницей.

Опасность бюрократизации партии, отрыва руководства от основной массы членов партии действительно существовала и существует. Но существует и лекарство от этого – методы демократического централизма, регулярное избрание и переизбрание всех руководящих органов и должностных лиц партии, а главное – свободное обсуждение всех важных вопросов при принятии решений, свобода критики всех членов партии, невзирая на лица. В партию коммунисты шли не за чинами. «Лучше, чтобы десять работающих не называли себя членами партии (действительные работники за чинами не гонятся), чем, чтобы один болтающий имел право и возможность быть членом партии…[14]». А для того, чтобы все же отсечь примазавшихся деятелей, большевики использовали открытые чистки партии с участием народных масс, а ещё ранее призывы на фронты Гражданской, субботники, посыл двадцатипятитысячников в деревню, партийный максимум и др.

Как раз неоформленная структура, часто во главе с бессменным вождем, которого даже толком никто и не выбирает, без механизмов контроля и даже без понимания, кто считается членом партии, а кто просто сторонником, представляет собой благодатную почту для отрыва лидеров от низов, их перерождения и подкупа.

Коммунистическая партия – это не только организованная часть пролетариата, но и его передовая часть, его авангард. Недопустимо в погоне за численностью снижать требования к качественному составу членов партии.

«…Было бы маниловщиной и «хвостизмом» думать, что когда-либо почти весь класс или весь класс в состоянии, при капитализме, подняться до сознательности и активности своего передового отряда, своей социал-демократической партии. Ни один еще разумный социал-демократ не сомневался в том, что при капитализме даже профессиональная организация (более примитивная, более доступная сознательности неразвитых слоев) не в состоянии охватить почти весь или весь рабочий класс. Только обманывать себя, закрывать глаза на громадность наших задач, суживать эти задачи — значило бы забывать о различии между передовым отрядом и всеми массами, тяготеющими к нему…»[15].

Партии II Интернационала зачастую группировались вокруг парламентских фракций. Парламентская фракция была фактически руководящим органом партии. Созданная же Лениным партия – это партия не для избирательных кампаний, а для реальной борьбы за власть пролетариата, которая включает в себя много конкретных форм деятельности, и парламентская деятельность – только одна из арсенала таких форм. При этом депутаты от партии в парламенте – это не «священные коровы», а такие же члены партии, как и другие, которые выполняют определенное партийное поручение. Причем, не самое приятное, т.к. им приходится буквально возиться в болоте, если не сказать грубее. Работа тоже нужная, но выполнять её могут уж никак не вельможи. И депутаты от партии должны подчиняться своей партии, выступать и голосовать в соответствии с решениями руководящих органов партии.

Про ленинскую партию нового типа можно говорить много, но в завершение скажем об ещё одном важнейшем её признаке – непримиримости к оппортунизму. Причем непримиримость эта должна быть не только идейная (германская социал-демократия до 1914 г. тоже вроде как осуждала берштейнианство, однако при этом терпела ревизионистов внутри партии), но и доведенная до организационного разрыва с оппортунистами и ревизионистами, до их изгнания из партии. Выше приводилась цитата Ленина: «Дайте нам организацию революционеров, и мы перевернем Россию!». Но в этой фразе важны оба слова – не просто организация, а организация революционеров, а не оппортунистов.

«Имея в своих рядах реформистов, меньшевиков нельзя победить в пролетарской революции, нельзя отстоять ее. Это очевидно принципиально. Это подтверждено наглядно опытом и России и Венгрии... В России много раз бывали трудные положения, когда наверняка был бы свергнут советский режим, если бы меньшевики, реформисты, мелкобуржуазные демократы оставались внутри нашей партии...»[16]

Российская Коммунистическая Рабочая партия – имеет задачу стать по-настоящему партией нового – ленинского типа.

Партией, руководствующейся революционной теорией, основанной на признании объективной закономерности движения человечества к коммунизму. Имеющей цель, соответствующую этой закономерности, - соединения всех трудящихся для борьбы за свободное развитие каждого, как условие свободного развития всех;

- партией, являющейся авангардом рабочего класса, а потому и всех трудящихся, соединяющей научный коммунизм с рабочим движением, с борьбой трудящихся за уничтожение всякого социального неравенства, за свободное всестороннее развитие всех членов общества;

- партией, ведущей теоретическую, политическую и экономическую борьбу за интересы людей труда во всех формах;

- партией, овладевающей диалектикой, развивающей и пропагандирующей пролетарскую марксистско-ленинскую идеологию и борющейся с буржуазной, не терпящей в своих рядах авантюристов, анархо-примитивистов, ликвидаторов, оппортунистов и ревизионистов, защищающих под видом общечеловеческих ценностей не коренные интересы трудящихся, а тех, кто грабит народ;

- партией, которая борется за власть не для очередной номенклатуры, а вместе с трудящимися организует строительство Советской власти, способствует её утверждению и развитию;

- партией коммунистического действия, коммунистической инициативы и сознательной коммунистической дисциплины.

Наша перспектива - борьба и победа!

БОРЬБА ЛЕНИНА С ОППОРТУНИЗМОМ И РЕВИЗИОНИЗМОМ КАК НЕПРЕМЕННАЯ СОСТАВНАЯ ЧАСТЬ КЛАССОВОЙ БОРЬБЫ

В течение всей своей политической деятельности В.И. Ленин неустанно боролся против любых проявлений оппортунизма в рабочем движении.

Оппортунизм (от латинского opportunus - удобный, выгодный) – по определению Энгельса: «Это забвение великих, коренных соображений из-за минутных интересов (дня), это погоня за минутными успехами в борьбе из-за них без учёта дальнейших последствий, это принесение будущего движения в жертву настоящему, — может быть, происходит (и) из-за «честных» мотивов. Но (это) есть оппортунизм и останется оппортунизмом, а «честный» оппортунизм, пожалуй, опаснее всех других»[17].

По сути аналогичное определение оппортунизму даёт и Ленин. Он говорит:

«Оппортунизм состоит в том, чтобы жертвовать коренными интересами, выгадывая временные частичные выгоды. Вот в чём гвоздь, если брать теоретическое определение оппортунизма»[18].

Если расшифровать эти формулировки Энгельса и Ленина, если их конкретизировать, то можно сказать, что оппортунизм для партий, только ещё борющихся за власть, состоит в отказе от борьбы за насильственное низвержение буржуазии, в капитуляции перед трудностями и опасностями этой борьбы, в подмене борьбы за мировую пролетарскую революцию борьбой за частичные реформы, в затушёвывании непримиримости классовых противоречий между буржуазией и пролетариатом, в стремлении примирить эти противоречия вместо того, чтобы обострить их, в подрыве международной солидарности пролетариата, в отречении от неё, в сеянии иллюзий в рядах рабочего класса, будто в рамках капитализма пролетариат может добиться улучшения своего положения, в преклонении перед стихийностью рабочего движения, в стремлении примирить мировоззрение революционного пролетариата — марксизм-ленинизм, растворить его, искалечить и изуродовать применительно к той или иной разновидности буржуазного мировоззрения.

Диалектический материализм явился методологией исторического материализма, а последний — основой марксистской политэкономии и теории научного коммунизма. «В этой философии марксизма, - пишет В.И. Ленин, — вылитой из одного куска стали, нельзя вынуть ни одной основной посылки, ни одной существенной части, не отходя от объективной истины, не падая в объятия буржуазно-реакционной лжи»[19].

Буржуазно-реакционная ложь находит свое выражение, прежде всего, в оппортунизме и его логическом продолжении — ревизионизме.

Философским основанием и оппортунизма, и ревизионизма выступает уход в теории преобразования общества от основных принципов марксистской диалектики.

Оппортунисты пытались заменить учение о классовой борьбе, о непримиримости классовых противоречий идеей примирения классов, сглаживания конфликтов через принятие «справедливых» законов, «честных» выборов, или модными сегодня теориями постиндустриального и информационного общества — где по их теориям, благодаря высочайшей производительности труда на основе новейшей техники и технологии производства, якобы, снимаются классовые противоречия. В последнем случае научно-техническая революция, по их мысли, заменяет социальную революцию.

«Главное в оппортунизме,— писал В.И. Ленин, — есть идея сотрудничества классов»[20]. И показывал попытки теоретических оправданий оппортунизма через ревизию теории: «В области политики ревизионизм попытался пересмотреть действительную основу марксизма, именно: учение о классовой борьбе. Политическая свобода, демократия, всеобщее избирательное право уничтожают почву для классовой борьбы... В демократии, раз господствует «воля большинства», нельзя, дескать, ни смотреть на государство, как на орган классового господства, ни отказываться от союзов с прогрессивной, социал-реформаторской буржуазией»[21].

Известное выражение бывшего «ортодоксального марксиста» Эдуарда Бернштейна «Конечная цель ничто — движение всё» — это и ревизионизм, и оппортунизм «в одном флаконе». Под «конечной целью» Бернштейн подразумевал социалистическую революцию, а под «движением» — мелкие реформы, заявляя в угоду буржуазии, что марксизм «устарел». Лидер ревизионистской КПРФ Зюганов точно в таком же духе вторит сегодняшней ведущей буржуазной идее стабилизации, считая, что коммунистическое движение необходимо ввести «в русло сознательной борьбы трудящихся за свои коренные интересы, сохранение государства и стабилизацию общества»[22].

В.И. Ленин отвечал оппортунистам: «Не надо и думать о разрушении старой государственной машины, где же нам обойтись без министерств и без чиновников», — рассуждает оппортунист, насквозь пропитанный филистёрством и, в сущности, не только не верящий в революцию, в творчество революции, но и смертельно боящийся её»[23].

В чем суть оппортунизма? Если изыскивать везде удобство и выгоду, то неизбежно потеряешь направление к конечной цели, упустишь свои коренные интересы. То есть впадешь в оппортунизм. В статье «Русский радикал задним умом крепок!» В.И. Ленин объяснял, почему оппортунизм так живуч, широко распространен и почему его так трудно искоренить: «Напрасно считают у нас нередко это слово «просто бранью», не вдумываясь в его значение. Оппортунист не предает своей партии, не изменяет ей, не отходит от нее. Он искренне и усердно продолжает служить ей. Но его типичная и характерная черта - податливость настроению минуты, неспособность противостоять моде, политическая близорукость и бесхарактерность. Оппортунизм есть принесение длительных и существенных интересов партии в жертву ее минутным, преходящим, второстепенным интересам»[24].

Оппортунизм, состоящий в отсутствии всяких принципов, нелегко осмыслить или, как говорил Ленин, «поймать за хвост». Ленин обращал внимание на типовую манеру поведения — уклонение оппортунистов от прямого выяснения позиций: «Когда говорится о борьбе с оппортунизмом, не следует никогда забывать характерной черты всего современного оппортунизма во всех и всяческих областях: его неопределенности, расплывчатости, неуловимости. Оппортунист, по самой своей природе, уклоняется всегда от определенной и бесповоротной постановки вопроса, отыскивает равнодействующую, вьется ужом между исключающими одна другую точками зрения, стараясь “быть согласным” и с той, и с другой, сводя свои разногласия к поправочкам, к сомнениям, к благим и невинным пожеланиям и проч. и проч. Высмеивание “ортодоксии”, правоверия, ... ревизионистская “критика”»[25].

Проблема оппортунизма усугубляется тем, что у руководителей рабочей партии, особенно если партия представлена в буржуазном парламенте или, тем более, находится у власти, с большой вероятностью могут появиться свои особые интересы, отличные от интересов рядовых партийцев и всего рабочего класса. Их заинтересованность в достижении цели — обеспечении полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества - объективно ослабевает. И более того, чрезмерная забота об обустройстве личной жизни может вступить в прямой конфликт с борьбой за построение коммунизма, требующей полной самоотдачи. Отсюда ревизионизм — попытки «теоретического обоснования» изменения направления движения от ведущего к реализации цели класса к иному или прямо противоположному.

«Основоположником» оппортунизма в рабочем движении принято считать основателя немецкой социал-демократии Фердинанда Лассаля, который, в частности, писал: «При современных условиях, когда ремесло всё более и более вытесняется крупным производством, единственное средство поднять рабочих как производителей — это сделать их своими собственными предпринимателями и уничтожить различие между предпринимательской прибылью и заработной платой, заменив последнюю действительным продуктом труда рабочего (Arbeitsertrag). Для этой цели необходимо учреждение свободных производительных ассоциаций рабочих, с государственным кредитом и под контролем государства. Только таким путем возможно будет освободить рабочих от гнета железного закона заработной платы».

У Лассаля получается всё просто. Рабочим надо овладеть отдельными фабриками, что возможно, особенно если государство даст кредит, — и эксплуатация исчезнет. Недаром эта идейка столь популярна от Лассаля и Прудона до наших дней. Кое-кто даже пытался (и сегодня пытаются) проектировать модели социализма, основанные на так называемых народных предприятиях. Но В.И. Ленин писал: «Величайшим искажением основных начал Советской власти и полным отказом от социализма является всякое, прямое или косвенное, узаконение собственности рабочих отдельной фабрики или отдельной профессии на их особое производство, или их права ослаблять или тормозить распоряжения общегосударственной власти»[26].

Ярким примером оппортунизма служит впадение в парламентаризм — сосредоточение всех усилий партии рабочего класса на предвыборных баталиях в ущерб организации рабочего движения. Увлечение парламентаризмом, парламентский кретинизм, как называл его Ленин, может привести к отказу от диктатуры пролетариата и прямому переходу в лагерь буржуазии.

Где же лекарство от этой болезни? Есть ли оно? Есть. Это лекарство – критика. Ленинская критика Плеханова, Мартова, Троцкого, Бухарина и многих-многих товарищей по борьбе, часть которых ушла с пролетарских позиций, не оставляет сомнений в том, что если появлялась необходимость, т.е. причина для критики, критика непременно следовала конкретно по конкретному поводу в конкретный адрес.

Ленинская критика никогда не имела целью просто публично разгромить идейного оппонента или политического конкурента, а была всегда направлена на обеспечение задачи развития движения, укрепления организации. Одно из его самых известных высказываний о размежевании несет в себе огромный заряд более высокой задачи — будущего объединения: «прежде, чем объединяться, и для того, чтобы объединиться, необходимо сначала решительно и определенно размежеваться»[27].

Не обличение болезней, а их лечение — вот задача ленинской критики: «Политическая партия не заслуживала бы уважения, если бы она не смела называть свою болезнь настоящим именем, ставить беспощадный диагноз и отыскивать средства лечения»[28].

Как известно, большевизм существует как течение политической мысли и как политическая партия с 1903 года. Вся история ленинской партии есть история борьбы с идейными течениями, враждебными коренным интересам рабочего класса: с народничеством и экономизмом, с оппортунизмом в широком смысле этого понятия, с отзовизмом и ликвидаторством, с левым уклоном, с троцкизмом и прочими многочисленными проявлениями влияния буржуазной идеологии на рабочее движение.

В книге «Детская болезнь “левизны” в коммунизме» на вопрос, в борьбе с какими врагами внутри рабочего движения вырос, окреп и закалился большевизм, Ленин отвечает: «Во-первых, и главным образом в борьбе против оппортунизма, который в 1914 году окончательно перерос в социал-шовинизм, окончательно перешел на сторону буржуазии против пролетариата. Это был, естественно, главный враг большевизма внутри рабочего движения. Этот враг и остается главным в международном масштабе»[29]. Это ленинское суждение об оппортунизме как главном внутреннем враге рабочего движения не только сохранило свою актуальность, но стало сегодня ещё важнее, потому как современная буржуазия превратила оппортунизм из простого соглашательства в свое управляемое оружие, перерастающее в открытое ренегатство и ревизионизм в теории. Обязательность и непримиримость борьбы с оппортунизмом задаются ленинским утверждением: «Борьба с империализмом, если она не связана неразрывно с борьбой против оппортунизма, есть пустая лживая фраза»[30].

Чаще всего как оппортунисты прошлого, так и современные, предлагают воздержаться от критики под предлогом заботы о единстве рядов партии. Так они защищали Горбачева, призывая направить оружие критики против Ельцина. Сегодня они защищают Зюганова и КПРФ, говоря, что надо обратить оружие на Путина и т.д. Мол, у нас одно красное знамя, мы все коммунисты и все за социализм. Ленин, как мы уже говорили, исчерпывающе высказался по вопросу о единстве еще в 1914 г. в статье «Единство»: «Единство — великое дело и великий лозунг! Но рабочему делу нужно единство марксистов, а не единство марксистов с противниками и извратителями марксизма»[31].

Ленин подчеркивал, что большевики победили меньшевиков, прежде всего, тем, что завоевали на свою сторону большинство сознательного пролетариата, который рабочим чутьем выбирал то, что соответствует его коренным интересам: «Трудящаяся масса с величайшей чуткостью улавливает различие между честными и преданными коммунистами и такими, которые внушают отвращение человеку, в поте лица снискивающему себе хлеб, человеку, не имеющему никаких привилегий, никаких “путей к начальству”»[32]. Нам, сегодняшним коммунистам, предстоит пройти немалый путь, чтобы привлечь большинство сознательного рабочего класса, завоевать авторитет.

Ленин утверждал, что «никто не может нас погубить, кроме наших собственных ошибок»[33]. А раз так, то и внимание на эти ошибки, на саму их возможность должно быть направлено постоянно и обязательно перерастать в исправление: «Все революционные партии, которые до сих пор гибли, — гибли оттого, что зазнавались и не умели видеть, в чем их сила, и боялись говорить о своих слабостях. А мы не погибнем, потому что не боимся говорить о своих слабостях и научимся преодолевать слабости»[34]. Такая позиция во многом определила успех ленинской стратегии по борьбе с оппортунизмом и в итоге успех Великой Октябрьской социалистической революции.

Ленин писал в 1920 г., основываясь на своем богатом опыте, что «большевизм не победил бы буржуазию в 1917-1919 годах, если бы он не научился предварительно, в 1903-1917 годах, побеждать и беспощадно изгонять из партии пролетарского авангарда меньшевиков, то есть оппортунистов, реформистов, социал-шовинистов»[35].

Сегодня мировое коммунистическое и рабочее движение переживает сильнейший крен в правую сторону. Без победы над оппортунизмом, без возврата на путь революционного марксизма-ленинизма рассчитывать на успех не приходится. А без точного и принципиального следования учению Ленина эту болезнь не одолеть.

РАЗВИТИЕ ЛЕНИНЫМ ОСНОВ ТЕОРИИ ВООРУЖЁННОГО ВОССТАНИЯ И ПРАКТИЧЕСКОЕ ПРИМЕНЕНИЕ ЭТОЙ ТЕОРИИ В ПРАКТИКЕ РУССКИХ РЕВОЛЮЦИЙ. ЛЕНИНСКОЕ ПОНИМАНИЕ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ КАК НАИВЫСШЕЙ ФОРМЫ КЛАССОВОЙ БОРЬБЫ

В мировом коммунистическом движении хорошо известна и изучается ленинская теория революционной ситуации. Ленин предсказал и показал, как экономические кризисы капитализма рождают революционные ситуации, сформулировал понятие революционной ситуации и определил главные объективные и субъективные признаки, характеризующие кризисную ситуацию, складывающуюся в обществе накануне революции:

- Верхи не могут управлять по-старому.
- Низы не хотят жить по-старому.
- Непременное повышение активности масс значительно более обычного уровня.[36]

При этом Ленин задолго до революции отметил, что далеко не всякая кризисная и революционная ситуация перерастает в революцию. Он писал: «Ни угнетение низов, ни кризис верхов не создадут еще революции, - они создадут лишь гниение страны, - если нет в этой стране революционного класса, способного претворить пассивное состояние гнета в активное состояние возмущения и восстания»[37]. Но если дело доходит до восстания, то относиться к нему надо архисерьезно. Изучение опыта вооруженного восстания 1905 и1917 гг. является обязательным курсом для революционеров всех времен и стран. Хотя здесь, так же как в военном искусстве, ни в коем случае не надо слепо готовиться к прошлой войне. Задачи придется решать в новых конкретных условиях самим. Но опыт предшественников, прежде всего большевиков, несомненно, поможет в понимании общих закономерностей и подходов в организации дела революции.                                                                              В.И. Ленин и большевики всегда понимали, что победа социалистической революции мирным путём, если и возможна, то только в исключительных случаях, что она маловероятна. Основным способом совершения революции, и это доказала история, всегда считалось вооружённое восстание.

«Но вооруженное восстание, - писал Ленин в своей статье «Советы постороннего», - есть особый вид политической борьбы, подчиненный особым законам, в которые надо внимательно вдуматься. Замечательно рельефно выразил эту истину Карл Маркс, писавший, что вооруженное "восстание, как и война, есть искусство"»[38].

У большевиков уже была практика ведения пролетариатом России восстания в революции 1905-1907гг., и этот опыт явился основой для разработки теории, а по сути - азбуки подготовки и победы пролетарского восстания.

“Смерть или свобода!” - лозунг героического петербургского пролетариата в январе 1905 г. прокатился тогда по всей России. На первый план революционными социал-демократами выдвигается задача “готовиться к свержению царизма, к вооруженному восстанию”.

За один день, - пишет В.И. Ленин, - получен великий урок гражданской войны и сделан шаг, сравнимый с годами будничной забитой жизни[39].

Пролетариат вооружается и вооружается народ. Выдвигаются политические требования: созыв учредительного собрания на основе всеобщего, прямого, равного и тайного избирательного права, немедленное низвержение правительства. К власти должны прийти революционные комитеты, создаваемые “на каждой фабрике, в каждом районе города, в каждом значительном селе”. В последующем Владимир Ильич в этой роли увидел Советы как прототипы Советской власти, как организационную форму диктатуры пролетариата.

Организация революционных сил для уничтожения правительственных властей и учреждений - практическая основа для объединения революционеров. При этом наивысшим условием победы пролетариата в восстании, должно стать наличие своего сценария классовой битвы - пролетариат должен идти своим путём, не ослабляя связи со своей революционной партией, помня о своем предназначении - освобождение человечества от эксплуатации.

«Самостоятельность социал-демократической пролетарской партии никогда не заставит нас забыть о важности общего революционного натиска в момент настоящей революции. Мы, социал-демократы, можем и должны идти независимо от революционеров буржуазной демократии, охраняя классовую самостоятельность пролетариата, но мы должны идти рука об руку во время восстания, при нанесении прямых ударов царизму, при отпоре войску, при нападениях на бастилии проклятого врага всего русского народа»[40].

Владимир Ильич считал, и жизнь подтвердила его правоту, что в период революционного подъёма необходимо участвовать во всех движениях, даже в “зубатовских” рабочих комитетах, ибо ими создаются мелкие поводы, из которых “выросло широкое, крупное, всероссийское движение”. На 3 съезде РСДРП перед партией была поставлена задача - организовать для непосредственной борьбы с самодержавием вооруженное восстание, являющееся одной из самых главных и неотложных проблем партии в настоящий революционный момент.  В.И, Ленин отмечал, что партия должна:

  • через агитацию и пропаганду обеспечить не только понимание пролетариатом значения, но и практическую - организационную сторону предстоящего вооруженного восстания;
  • определить роль массовых политических стачек, которые могут иметь большое значение в начале и в самом ходе восстания;
  • принять самые энергичные меры к вооружению пролетариата, а также к выработке плана вооруженного восстания и непосредственного руководства таковым, создавая по необходимости особые группы из партийных работников.

 

При подготовке вооружённого восстания уже в 1917 году Ленин напоминал мысль Маркса, что восстание есть именно искусство:

«Из главных правил этого искусства Маркс выставил:

1) Никогда не играть с восстанием, а, начиная его, знать твердо, что надо идти до конца.

2) Необходимо собрать большой перевес сил в решающем месте, в решающий момент, ибо иначе неприятель, обладающий лучшей подготовкой и организацией, уничтожит повстанцев.

3) Раз восстание начато, надо действовать с величайшей решительностью и непременно, безусловно переходить в наступление. "Оборона есть смерть вооруженного восстания".

4) Надо стараться захватить врасплох неприятеля, уловить момент, пока его войска разбросаны.

5) Надо добиваться ежедневно хоть маленьких успехов (можно сказать: ежечасно, если дело идет об одном городе), поддерживая, во что бы то ни стало, "моральный перевес".

Маркс подытожил уроки всех революций относительно вооруженного восстания словами "величайшего в истории мастера революционной тактики Дантона: смелость, смелость и еще раз смелость[41].

Ленинская теория революционного восстания не рассматривает возможность его победы без революционной армии. Владимир Ильич отмечал необходимость формировать революционную армию, а не выпускать революционными комитетами различные формуляры и положения, регламентирующие их работу. В письме «В боевой комитет при Санкт-Петербургском комитете»  Ленин ещё в ходе Первой русской революции призывал революционных социал-демократов работать непосредственно с рабочими и молодежью, работать с любыми силами, готовыми вооружаться, не требовать от вооружающихся кружков вхождения в партию. Главную роль большевика Ленин видел в помощи «этим отрядам революционной армии» и предлагал «ясный, короткий, прямой и простой план:

  • Образуйте тотчас же отряд.
  • Вооружайтесь, чем можете, работайте изо всех сил.
  • Мы поможем вам всем, чем сможем, но не ждите от нас, работайте сами»[42]

Революционные комитеты должны были набирать сотни отрядов. “Не набрать сотни отрядов - значит стоять вне жизни”. Таков был жесткий вердикт Ильича.

Отряды революционной армии должны использовать любую возможность и повод для подготовки восстания. «Упуская удобный случай - мы виноваты и совершаем величайшее преступление революционера в эпоху восстания…»[43]. «Проволочки, споры, оттяжки, нерешительность - есть гибель дела восстания», - подчеркивал Владимир Ильич. Именно в этом он и обвинял плехановцев в Совете партии, утверждавших, что восстание - это всего лишь вспышка, а нужна победная Революция. Большевики дали ответ оппортунистическим колебаниям, на практике показав, что восстание - это отработка средств и возможностей победы. Более того, даже возможное поражение в восстании они рассматривали как повышение уровня революционной борьбы.

В работе «Уроки московского восстания»[44] В.И. Ленин вскрывает уроки революционного восстания:

  1. В восстании практика опережает теорию. Учитывая, что социал-демократы остались в стороне, пролетариат после каждого шага сам себе задавал вопрос “что дальше?”, сам, проявляя творчество, давал на него ответ. Большевики не имели права не говорить правду. “Скрывать от масс необходимость отчаянной, кровавой, истребительной войны, как непосредственной задачи грядущего  выступления - значит обманывать и себя и народ”.
  2. Поражение в восстании предопределено, если проиграна правительству борьба за войска. “...Восстание есть искусство и …главное правило этого искусства - отчаянно-смелое, бесповоротно-решительное наступление”. Цель работы с правительственными войсками в ходе восстания - борьба за колеблющиеся массы военнослужащих.
  3. Наличие тактики и организация сил для восстания - это один из главных уроков революции 1905-1907 гг. Военная тактика зависит от уровня военной техники – истина, данная нам Ф. Энгельсом. Ленин подчеркивает, что с изменением техники меняется тактика баррикадной войны:  “... принять в свою тактику этот массовый террор, разумеется, организуя и контролируя его, подчиняя интересам и условиям рабочего движения и общереволюционной борьбы”.

Теоретическое завершение проработки вопроса о революционном восстании и революционной гражданской войне В.И. Ленин осуществил в работе «Марксизм и восстание»[45] в сентябре 1917 г.

«К. Маркс называл, - снова и снова указывает Ленин, - восстание именно искусством, сказав, что к восстанию надо относиться как к искусству, что надо завоевать первый успех и от успеха идти к успеху, не прекращая наступление на врага, пользуясь его растерянностью…»

Владимир Ильич отмечает, что восстание предопределено на успех, если оно опирается не на заговор, не на партию, а на передовой класс - рабочий класс, революционный подъем народа и наибольшую активность передовых рядов народа в сравнении с колебаниями в рядах врагов и нерешительностью половинчатых друзей революции.

Вопрос о власти – коренной, и его решение является целью революционного восстания. Ленин определяет условия взятия власти:

  1. Наличие авангардного класса. Рабочих и солдат должно быть большинство в Советах.
  2. Подъем народа после обязательных репрессий режима в начале и в ходе восстания (итоги корниловщины).
  3. Исключение поддержки врагов и мелкой буржуазии со стороны народа.
  4. Наличие целеустремленной и знающей свой путь партии, способной устоять перед любыми колебаниями.
  5. Использование победы в восстании для предложения “выгодного” мира. Но если его отвергнут, то пролетарская власть станет оборонческой, а гражданская война не только по своей сути, но и по форме будет справедливой.
  6. Передача власти в руки революционной демократии, возглавляемой революционным пролетариатом.
  7. Предложение декларации в интересах большинства.
  8. Наличие штаба повстанческих отрядов, движение в важные пункты верных полков, которые готовы погибнуть за дело революции.
  9. Призыв к вооружению рабочих.

В.И. Ленин не раз отмечал, что гражданская война вовсе не самоцель. Но он также подчеркивал, что практически все великие революции имели продолжение в гражданский войнах. Указывал, что при определенных условиях классовая борьба пролетариата может перерасти в гражданскую войну[46]. Особо следует подчеркнуть, что Ленин не пугался гражданской войны, как некоторые современные лидеры партий с коммунистическим названием, а трезво оценивал ситуацию и говорил про буржуазию, что раз они пугают нас гражданской войной, то они её получат. Гражданская война по Ленину – это высшая форма классовой борьбы. И в этом случае именно гражданская война является решающим этапом революции в вопросе удержания власти пролетариатом. Для революции не безразлично, насколько Советская власть как диктатура пролетариата готова к гражданской войне. Владимир Ильич был убежден, что пролетарские массы, будучи организованными, непобедимы, поскольку организованность удесятеряет силы.

В.И. Ленин предвидел, что Гражданская война будет начата врагами революции при активной поддержке их мировым капиталом. При этом он понимал, насколько важна для победы Советской власти в этой войне  солидарная поддержка революции в России рабочим классом тех стран, которые будут участвовать в интервенции против Советской России. Именно во многом благодаря героической борьбе рабочего класса зарубежных стран были сорваны планы по поставкам техники и вооружений белогвардейскому движению и интервентам Антанты. Проведение стачек, забастовок солидарности с рабочими Советской России и восстаний - буквально вынудили империалистические государства отозвать свои войска из России и разбираться со своими внутригосударственными проблемами. При этом вместе с войсками в страны интервентов зачастую вывозилась и идея революции.

Владимир Ильич подчеркивал, что в Гражданской войне победила не партия большевиков, а Советская власть как форма диктатуры пролетариата, когда, прежде всего, мелкобуржуазному колеблющемуся большинству стали понятны и прочувствованы им все “преимущества” белогвардейской диктатуры и “прелести” империалистической интервенции. Народ выбрал Советскую власть. Диктатура пролетариата победила в умах большинства трудящихся России. Таким образом, Гражданская война 1918-1921 гг. стала неким оселком, на котором был решен вопрос удержания власти пролетариатом. Социалистическая революция могла приступать к следующим этапам своего развития.

Однако итоги Гражданской войны преподнесли несколько уроков.

  1. Революция лишь тогда чего-то стоит, если она умеет защищаться. Победа в завоевании власти - это половина дела, а вот удержать эту победу в кровавой,  продолжительной и смертельной классовой схватке - это уже дело. И если пролетарская власть готова к Гражданской войне и демонстрирует полную готовность к отпору контрреволюции, скорее всего её, войны, может и не быть.
  2. Параллельно с ведением кровопролитных боев на полях Гражданской войны, у Советской власти была не менее страшная беда - отсутствие опыта осуществления государственной власти, который стал второй стороной Гражданской войны, дающей основы для организации нелегальной борьбы контрреволюции против Советской власти. «Мы переняли старый государственный аппарат, и это было нашим несчастьем. Государственный аппарат очень часто работает против нас. Дело было так, что в 1917 году, после того, как мы захватили власть, государственный аппарат нас саботировал. Мы тогда очень испугались и попросили: ”Пожалуйста, вернитесь к нам назад”. И вот они все вернулись, и это было нашим несчастьем. У нас имеются теперь огромные массы служащих, но у нас нет достаточно образованных сил, чтобы действительно распоряжаться ими. На деле очень часто случается, что здесь, наверху, где мы имеем государственную власть, аппарат кое-как функционирует, в то время, как внизу они самовольно распоряжаются и так распоряжаются, что очень часто работают против наших мероприятий. Наверху мы имеем, я не знаю сколько, но я думаю, во всяком случае, только несколько тысяч, максимум несколько десятков тысяч своих. Но внизу - сотни тысяч старых чиновников, полученных от царя и от буржуазного общества, работающих отчасти сознательно, отчасти бессознательно против нас[47]. Таким образом, готовность пролетариата к Гражданской войне должна включать и подготовку пролетарских масс к управлению Советским государством.
  3. Значение и актуальность для сегодняшнего дня Ленинской теории о революционном восстании и Гражданской войны архиважны. Это подтверждено всем ходом развития Социалистической революции не только в России, но во всем мире. Зарождение и создание СССР, появление новых государств Социалистического лагеря, победа Советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг., контрреволюционный переворот и развал СССР  и т.п. - всё это свидетельствует о том, что только следование Ленинской теории восстания и Ленинским указаниям относительно Гражданской войны является непременным условием развития Социалистической революции. И как только допускаются от нее отступления, откат от классового подхода, то немедленно следует расплата - контрреволюция и необходимость подготовки нового восстания пролетариата, завоевания власти и её защиты

Таким образом, впереди у нас борьба за Советскую власть и война за её удержание, борьба за восстановление СССР.  И в этом нам поможет Ленинская теория о революционном восстании и Гражданской войне, по сути определившая законы и закономерности ведения борьбы за диктатуру пролетариата. Альтернативы нет.

Ленинская теория социалистической революции обязательна к изучению революционерами всех времен, но при условии обязательного творческого применения и развития. Например, гигантским вкладом Ленина в развитие марксизма является вывод о возможности в условиях империализма и неравномерности развития стран победы революции первоначально в нескольких, или даже одной стране. Сегодня в условиях глобализации экономических связей эта возможность приобретает новые обязательные к учету условия, требующие изучения и разработки. Ясно, что к таким странам с возможностью осуществления социалистической революции относятся ограниченное число экономик- с соответствующими масштабами, людскими, материальными и научно-техническими ресурсами. Россия, несомненно, является одной из таких стран, поэтому наша борьба носит отпечаток особой ответственности.

РАЗВИТИЕ ЛЕНИНЫМ МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ДИAЛЕКТИКИ В УСЛОВИЯХ БУРНОГО РАЗВИТИЯ ФИЗИКИ. БОРЬБА С ИДЕАЛИСТИЧЕСКИМИ ТЕЧЕНИЯМИ В ФИЛОСОФИИ

«Наша программа вся построена на научном  и, притом, именно материалистическом мировоззрении»[48].

                                                              

Слова В.И. Ленина, вынесенные в эпиграф данной части доклада, хорошо иллюстрируют, какое внимание он уделял теоретическим вопросам - и это неспроста. Отличительной особенностью марксизма является то, что марксисты относятся к коммунизму как к науке. Борьба за коммунизм, начиная с революционной деятельности партии пролетариата в условиях капитализма и заканчивая непосредственным строительством коммунистической формации, требует научного, сознательного подхода и ни в коем случае не могут основываться на так называемом здравом смысле без науки, тем более имеет мало общего со стихийностью или утопизмом.

Наука же, как известно, немыслима без надежного метода познания, без надежной мировоззренческой основы. Такой мировоззренческой основой для марксистов является философия диалектического материализма (материалистическая диалектика), разработанная Марксом и Энгельсом. Основоположники научного коммунизма смогли соединить диалектический метод познания явлений природы с материалистическим истолкованием природы и общества. Диалектический метод заключается в рассмотрении действительности как непрерывно развивающейся, переходящей из одного состояние в другое. Само развитие диалектика понимает как результат непрерывной борьбы противоположностей, присущих любому предмету и явлению. Материализм же состоит в признании первичности реально существующего мира (материи) и вторичности сознания, которое выступает свойством высокоорганизованной материи и состоит в способности отражать материальную действительность. Именно это соединение материализма с диалектикой можно считать одной из основных заслуг марксизма в философии.

В.И. Ленин был не только революционером, но и философом, последовательно проводящим диалектический материализм на практике и развивавшим отдельные его положения в теории. При этом Ленин не был кабинетным философом, и философскими вопросами он занимался не из праздного интереса, а из-за наступления идеалистической философии, которая, используя новейшие достижения в естествознании, усиливала свое влияние не только в среде ученых-естественников, но и в среде отдельных видных членов большевистской партии. Очевидно, что без точного диалектико-материалистического мировоззрения, без революционной теории не могло быть революционной практики. Рано или поздно идеализм в философии должен был проявиться в политической линии (и уже начинал проявляться в политическом течении богостроительства).

В начале ХХ века под влиянием новых открытий в естественных науках (открытие электрона, рентгеновских лучей, радиоактивность, радия и др.) в среде физиков усилились субъективно-идеалистические позиции. Появились представления, согласно которым «материя исчезла». Возникло целое направление эмпириокритицизма, основанное на отрицании объективно существующего мира и его рассмотрении как «комплекса ощущений», явления сознания и пр. Подобное было неспроста. Во-первых, новые открытия действительно существенно корректировали господствующую до этого момента естественнонаучную картину мира. Во-вторых, широко распространенный метафизический материализм не мог дать ответы на новые вопросы, вызванные развитием естественных наук. В этой связи Ленину предстояло отстаивать материализм в теории и гносеологии с одной стороны и показать отличия материализма диалектического от метафизического - с другой. Свою гениальную научную философскую работу «Материализм и эмпириокритицизм» Владимир Ильич пишет в 1908 г. Казалось бы, после тяжелого поражения первой русской революции и жесточайшего разгула реакции до философии ли революционеру-практику? А вот именно и только так, сказал и показал Ленин. Только овладев диалектическим методом, можно с материалистических позиций разобраться в сложнейших общественно-исторических процессах. Именно отношение к марксизму как к науке привели Ленина несколько позже, в начале Первой мировой войны, к теоретическим открытиям закономерностей перерастания капитализма в империализм, канун социалистической революции. Именно научным путем Ильич пришел к выводу о наличии слабого звена и о возможности победы революции первоначально в отдельной стране. Именно исходя из научного подхода, Ленин заметил, что  «Нельзя вполне понять «Капитал» Маркса, и особенно его 1 главы, не проштудировав и не поняв всей «Логики» Гегеля. Следовательно, никто из марксистов не понял Маркса 1/2 века спустя!»[49]  Не куража ради так говорит Ленин, а разворачивает партию к науке, к изучению марксизма и овладению диалектикой. В этом плане его работа «Материализм и эмпириокритицизм» является образцом научной мысли и учебником для всех коммунистов.

Говоря о теории материализма и её развитии Лениным, архиважным является сформулированное в работе Ленина «Материализм и эмпириокритицизм» определение материи. Возражая махистам, объявлявшими понятие «материя» «устаревшим», Ленин писал: «Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них»[50].  Данное определение вошло во многие советские и даже современные учебники философии. Понимание материи как объективной реальности, неисчерпаемой и существующей вечно, никем не созданной и порождающей на определенной стадии своего развитие свойство отражать окружающую действительность – сознание, не оставляет камня на камне разговорам о её «устарелости» или «исчезновении». Именно в признании объективной реальности, существующей независимо от сознания человека, состоит суть материализма. Как может «исчезнуть» или «устареть» объективная реальность?  А раз так, то не может «устареть» и основной вопрос философии, сформулированный Энгельсом в работе «Людвиг Фейербах и конец немецкой классической философии» - вопрос об отношении мышления к бытию, как не могли устареть и разные подходы к его решению – материалистический, считающий первичным материю, и идеалистический, считающий первичным сознание. Именно поэтому Ленин подчеркивал наличие двух «партий» в философии и невозможность (даже при всём желании) выйти за пределы спора материализма и идеализма. Ленин, полемизируя против затушёвывания разницы идеализма и материализма, ставил вопрос со всей резкостью: «Либо последовательный до конца материализм, либо ложь и путаница философского идеализма»[51]. И далее Ленин заключает: «Попытки выскочить из этих двух коренных направлений в философии не содержат в себе ничего, кроме "примиренческого шарлатанства"»[52].  Данное положение Ленин обосновывает следующим образом: «Если чувственный мир есть объективная реальность, - всякой другой "реальности" или квази-реальности… закрыта дверь. Если мир есть движущаяся материя, - её можно и должно бесконечно изучать в бесконечно сложных и детальных проявлениях и разветвлениях этого движения, движения этой материи, но вне её, вне "физического", внешнего мира, знакомого всем и каждому, ничего быть не может»[53].

Как видно, Ленин не оставляет места для «средней» позиции. Если есть реально существующий мир, то он является источником наших знаний, его нужно изучать, и он открывается нам в своем многообразии. Чем больше мы познаем мир, тем больше многообразных форм существования материи мы встречаем. Новые открытия в физике, которые идеалисты трактовали как «исчезновение материи», Ленин трактовал как доказательства неисчерпаемости материи и подтверждение диалектического материализма: «"Материя исчезает" - это значит исчезает тот предел, до которого мы знали материю до сих пор, наше знание идет глубже; исчезают такие свойства материи, которые казались раньше абсолютными, неизменными, первоначальными (непроницаемость, инерция, масса и т.п.) и которые теперь обнаруживаются, как относительные, присущие только некоторым состояниям материи. Ибо единственное "свойство" материи, с признанием которого связан философский материализм, есть свойство быть объективной реальностью, существовать вне нашего сознания»[54]. Данные положения диалектического материализма, развитые и обоснованные Лениным в полемике с идеалистами, сохраняют свою актуальность и сегодня, особенно в условиях тотального наступления разнообразных форм антинаучного мировоззрения и зараженность самой науки позитивизмом, а потому являются и сегодня теоретическим оружием современных коммунистов в теоретической борьбе.

Ленин, обосновывая диалектический материализм, показывает недостаточность метафизического материализма. Он подчеркивает, что метафизический материализм основывался исключительно на механике («применял исключительно масштаб механики»), не учитывал диалектику как логику и теорию познания мира и не распространял своих положений на область развития общества, оставаясь в этой области идеалистическим течением. Именно из-за своей ограниченности и непоследовательности, метафизический материализм является материализмом «сражаемым» и уязвимым для идеалистов. Материализм диалектический стоит на позициях непрерывного развития, перехода материи из одного состояния в другое, а потому новые достижения естествознания для него выступают не опровержением, а лишь подтверждением. Энгельс писал, что «с каждым составляющим эпоху открытием даже в естественно-исторической области материализм неизбежно должен изменять свою форму»[55]. То есть в самой материалистической диалектике заложено саморазвитие под влиянием новый научных открытий. Отсюда понятно, что конкретные формы материализма, формы научной картины мира могут изменяться. Неизменным остается лишь две вещи: 1) первичность материи (объективной реальности), а, следовательно, и источником наших ощущений выступает материя; 2) постоянное развитие материи через борьбу противоположностей.

Связанным с вопросом о понимании материи и основного вопроса философии является вопрос об истине и возможности её познания.  Сторонники эмпириокритицизма и других разновидностей субъективного идеализма, с которыми полемизировал Ленин, доказывали невозможность познания истины. Ленин считал мир познаваемым и подходил к вопросу диалектически. Раз материя вечна и бесконечна, то и познание вечно и бесконечно, и идёт познание по пути углубления человеческих знаний о материальном мире посредством изучения разных форм движения материи. Оно всегда приближается к абсолютной истине посредством познания истин относительных, так как всегда остается непознанное, поскольку сама материя бесконечна. Отсюда Ленин подчеркивал диалектику абсолютной и относительной истины: «Человеческое мышление по природе своей способно давать и дает нам абсолютную истину, которая складывается из суммы относительных истин. Каждая ступень в развитии науки прибавляет новые зерна в эту сумму абсолютной истины, но пределы истины каждого научного положения относительны, будучи то раздвигаемы, то суживаемы дальнейшим ростом знания»[56]. Выделение единства относительной и абсолютной истины вкупе с признанием практики её критерием позволяло положительно решить вопрос о познаваемости мира, а, следовательно, и о возможности постигнуть законы развития природы, управлять ими.

Полемизируя с различными формами идеализма, Ленин неизменно бил по его основам, видел за туманными наукообразными словесными вывертами основную суть идеализма, а именно протащить дух, идею, или ещё какую-нибудь потустороннюю сущность в основу, стоящую над материальной действительностью. Такой взгляд закономерно приводит, во-первых, к теологии, а во-вторых, к отрицанию познаваемости мира. Суть идеализма, писал Ленин, «в том, что первоисходным пунктом берется психическое; из него выводится природа и потом уже из природы обыкновенное человеческое сознание. Это первоисходное "психическое" всегда оказывается поэтому мёртвой абстракцией, прикрывающей разжиженную теологию»[57]. Философы-идеалисты всегда старались замолчать слово «бог» туманными абстракциями. Как отмечал Ленин, «абсолютная идея, универсальный дух, мировая воля, "всеобщая подстановка" психического под физическое, - это одна и та же идея, только в различных формулировках. Всякий человек знает - и естествознание исследует - идею, дух, волю, психическое, как функцию нормально работающего человеческого мозга; оторвать же эту функцию от определенным образом организованного вещества, превратить эту функцию в универсальную, всеобщую абстракцию, "подставить" эту абстракцию под всю физическую природу, - это бредни философского идеализма, это насмешка над естествознанием»[58]. Так Ленин точно вскрывал основную реакционную суть идеализма.

Вместе с тем, Ленин подходил к исследованию философского идеализма диалектически. С точки зрения, Ленина, марксизм не огульное отрицание всей предшествующей философской, политэкономической и социалистической мысли, а «есть законный преемник лучшего, что создало человечество в XIX веке в лице немецкой философии, английской политической экономии, французского социализма»[59].

Так, например, в философии Канта Ленин точно отмечает двойственный характер: с одной стороны, Кант признает нечто вне нас, что является источником наших ощущений и тут он склоняется к материализму, но с другой вводит категорию принципиально непознаваемого – вещи в себе. И тут Кант выступает как идеалист. Отсюда критиковать идеалиста Канта можно как с позиции его недостаточного идеализма, так и с позиции материализма. Ленин противопоставляет данные виды критики, показывает необходимость именно глубоко материалистической критики Канта. Другим примером диалектического подхода к изучению идеализма является глубокая проработка Лениным философского наследия выдающегося немецкого философа Гегеля. В ленинских «Философских тетрадях» дан материалистический вариант прочтения гегелевской философии. В своих комментариях к главному произведению Гегеля «Наука логики» Ленин отсеивал идеалистическую и реакционную сторону философии Гегеля и развивал его диалектический метод. Данные тетради являются хорошим подспорьем для материалистического изучения гегелевской диалектики и истории философии вообще.

Как справедливо отмечал советский философ Э.В. Ильенков, «Диалектика – это логика не только исследования, не только создания научных трудов, но и реальных дел, логика, входящая в жизнь и борьбу и реализующаяся в самых что ни на есть реальных делах, изменяющих наличный облик окружающего мира»[60]. Применение материалистической диалектики на практике борьбы позволили Ленину и партии большевиков вырабатывать отвечающую задачам времени стратегию и тактику, вовремя менять тактические установки, сохраняя главное революционное стратегическое направление. Особенно это проявилось в таких непростых событиях как политическая оценка империалистической войны и выработка тактики большевиков в её условиях, революционные события 1917 года и первые годы Советской власти. История требовала от большевиков принципиальности и учета быстро изменяющейся исторической ситуации. Овладение Лениным материалистической диалектикой на самом высоком уровне и её защита от нападок со стороны разнообразных идеалистических философских течений, явились одними из факторов, позволивших большевикам достойно, по-коммунистически пройти свой путь на всех этапах революционных событий и становления Советской власти.

Сегодня буржуазные власти России пытаются обманывать народ тезисами о недопустимости обязательной идеологии, плюрализме идей и свободе совести и выбора веры каждого, а на самом деле усиленно навязывается идеалистическое мировоззрение и подкрепляется внедрением с помощью государства религиозного фундамента. Руководители страны, представляющие класс буржуазии, стоят со свечками перед иконами и просят божьей помощи в борьбе и с экономическими кризисами, и с коронавирусами, на самом деле они внушаю народу смирение перед как бы сверху ниспосланными и от нас не зависящими факторами. Насколько на фоне этих фальшивых слез и соплей сильнее и оптимистичнее смотрятся утверждения В.И. Ленина о материальной основе мира и, соответственно, человеческой возможности его преобразовать: «Единство природы обнаруживается в «поразительной аналогичности» дифференциальных уравнений, относящимся к разным областям явлений. Все, что окружает нас, движется, материальный мир находится в вечном неустанном движении. Формы движения многообразны, на лаконичном языке математики, движение выражается с помощью функций, производных от них и дифференциалов. Актуальность этой темы состоит в том, что дифференциальные уравнения широко применяются для решения задач в различных отраслях науки. Задачи различного прикладного содержания могут быть сведены к однотипным дифференциальным уравнениям»[61]. Кто после знакомства с мыслями и работами Ленина может обманываться и принимать всерьёз «научные» перлы современных руководителей типа «Свобода лучше несвободы». Или утверждения, что Ленин в государственной модели федерации советских национальных республик заложил бомбу, разрушившую Советский Союз, тот, выражаясь языком Ленина, либо безнадежный идиот, либо просто негодяй.

Наш метод - отношение к марксизму как к науке.

РАЗРАБОТКА ЛЕНИНЫМ ОСНОВ СТРОИТЕЛЬСТВА ГОСУДАРСТВА НОВОГО ТИПА В УСЛОВИЯХ РОССИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА

На протяжении всей истории классового общества, особенно в начале ХХ века, впрочем, как и сейчас, различные мыслители-теоретики пытались исследовать сущность государства. Большинство из них исходило из постулатов "вечности","внеклассовоcти" государства, наличия неких высших принципов, которым оно должно неотступно следовать, отстаивая либо «вечные», часто религиозные «истины» (консерватизм), либо абстрактные права, свободы и неприкосновенную частную собственность (либерализм). При этом само государство объявлялось безусловной ценностью, которая необходима обществу и которой все без исключения граждане обязаны верно служить.

Существовали и активно поддерживались такие взгляды и в среде социал-демократов различных стран. Накопленные десятилетиями сравнительно мирного развития элементы оппортунизма создали господствующее в официальных социалистических партиях всего мира течение социал-шовинизма. Это течение - социализм на словах, шовинизм на деле, отличается подлым лакейским приспособлением «вождей социализма» к интересам не только «своей» национальной буржуазии, но именно «своего» государства, ибо большинство так называемых великих держав давно эксплуатирует и порабощает целый ряд мелких и слабых народностей. А империалистская война является как раз войной за раздел и передел этого рода добычи. Борьба за высвобождение трудящихся масс из-под влияния буржуазии вообще, и империалистской буржуазии в особенности, невозможна без борьбы с оппортунистическими предрассудками насчет «государства».

Именно из таких предрассудков - неклассовых взглядов на государство, происходили и одобрение почти всей с/д фракцией германского Рейхстага военных кредитов своему правительству, и национал-патриотический настрой «отца русского марксизма» Плеханова в годы Первой мировой войны. Очевидно, что такой подход привёл к тому положению, которое Ленин охарактеризовал как "Крах II Интернационала".

Очевидно и то, что сам этот подход стал следствием непонимания, или ревизии марксистского учения о государстве. Ленин подчеркивал, что по Марксу, государство есть орган классового господства. Всегда!                                                                                                             Впервые наиболее полно и научно теория происхождения государства изложена в книге Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства».  Для разоблачения ренегатства лидеров II Интернационала Ленин подчеркивал необходимость постоянно выступать в защиту представления о государстве, прежде всего, как об орудии классовой власти, как о продукте раскола общества на непримиримые группы, отличающиеся прежде всего наличием или отсутствием частной собственности на средства производства. Исходя из этого основного положения, Ленин последовательно и принципиально отстаивал мысль о необходимости слома буржуазной государственной машины, ввиду полной невозможности обратить её на пользу эксплуатируемым классам.

Именно тщательное изучение подобных явлений и позволило В.И. Ленину сделать вывод о том, что государство и право всегда представляют собой не выражение некой общей воли, а проявление власти и воли господствующего класса на всех этапах развития человеческого общества - от рабовладельческого строя до современной буржуазной демократии. Наиболее полно марксистское учение о государстве и праве изложено и развито Лениным применительно к современной ему ситуации в написанной в 1917 году  работе «Государство и революция»[62].  С позиций марксизма в этой работе не только выражено  критическое отношение  к распространенным в социал-реформистской среде концепциям децентрализации и федерализации буржуазного государства, типа предложений о смягчении власти буржуазного государства, привлечении трудящихся к управлению путем участия в муниципальных и прочих структурах, как к бесполезным попыткам улучшения капитализма, но и поставлена задача строительства государства нового типа. Ленин ясно понимал, что такие улучшения невозможны и не решают коренных проблем. Он четко и однозначно указывал: «Эксплуатируемым классам нужно политическое господство в интересах полного уничтожения всякой эксплуатации, т.е. в интересах громаднейшего большинства народа, против ничтожного меньшинства современных рабовладельцев, т.е. помещиков и капиталистов»[63].

Такое государство, представляющее собой диктатуру пролетариата, должно в корне отличаться от государств эксплуататорских формаций, и не только для политического переворота, а на всём этапе перехода от социалистической революции к полному коммунизму. Ленин утверждал, что  «Сущность учения Маркса о государстве усвоена только тем, кто понял, что диктатура одного класса является необходимой не только для всякого классового общества вообще, не только для пролетариата, свергнувшего буржуазию, но и для целого исторического периода, отделяющего капитализм от «общества без классов», от коммунизма»[64].

Пролетарское государство опирается на совершенно новые органы власти, возникшие на обломках старой государственной машины. Эти органы - советы, организационная форма диктатуры пролетариата, получившие начало как форма самоорганизации рабочего класса в период подъема революционного движения. Не случайно уже в своих «Апрельских тезисах» (в условиях буржуазного государства) В.И. Ленин подчеркивает прогрессивность советов по сравнению с буржуазным парламентаризмом, называет последний шагом назад, выдвигает лозунг республики советов, установления контроля советов за общественным производством и распределением продуктов. Одной из заслуг В.И. Ленина является вывод о возможности и необходимости победы социалистической революции на территории одного из государств. В результате указанной победы "пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство» (и установив таким образом вместо диктатуры буржуазии диктатуру рабочего класса), начнёт создавать условия для перехода к коммунизму, что "приведет к окончательному исчезновению всякого, в том числе и демократического, государства"[65]. Именно Советы В.И.Ленин рассматривал как главный классовый фундамент построения Союза Советских социалистических республик как братского Союза свободных народов с правом самоопределения и даже выхода из союза. Советская власть – власть самих трудящихся делала наш союз нерушимым, об который сломал зубы мировой фашизм. Этого фундаментального качества не понимают, или вернее делают вид, что его нет, Путин и Ко, которые пробуют возложить вину за развал Союза на Ленина и его модель федеративного устройства государства. Союз разрушил курс на рынок, т.е. на капитализм, когда власть уже перестала быть советской, т.е. не выражала интересы трудящихся. Именно Советы Ленин отнес к урокам Русской революции в узком смысле, т.е. опыту, который обязателен к усвоению и возможному повторению отрядами пролетариев других стран. Всемирный Союз советских республик - это наш ответ на буржуазный лозунг Соединенных Штатов Европы, это курс на развитие революции в мировом масштабе.

Таким образом, обращение к трудам В.И. Ленина, применение его научного подхода позволяет понять, что нынешние "основополагающие" буржуазные концепции государства, в т.ч. с так называемыми правительствами народного доверия и пр.,  являются, всего-навсего перепевом теорий, которые обоснованно подвергались критике классиками марксизма-ленинизма ещё в 19 - начале 20 веков как ложное сознание, стремящееся представить реальный мир в искаженном свете. Именно поэтому нам, коммунистам, предстоит не только продолжать и развивать эту критику на современном этапе, но главное, нести знания о государстве нового типа – не только для трудящихся, а самих трудящихся. 

ЛЕНИН О СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ КАК ОРГАНИЗАЦИОННОЙ ФОРМЕ ДИКТАТУРЫ ПРОЛЕТАРИАТА

«Мы…требуем  немедленного разрыва с тем предрассудком, будто управлять государством, нести будничную, ежедневную работу управления в состоянии только богатые или из богатых семей взятые чиновники»[66].

Первое в мире социалистическое государство называлось Советским, поскольку основывалось на Советской власти – власти Советов сверху донизу.

«Первый раз в мире власть государства построена у нас в России таким образом, что только рабочие, только трудящиеся крестьяне, исключая эксплуататоров, составляют массовые организации — Советы, и этим Советам передается вся государственная власть»[67].

Советы не были выдумкой большевиков, а явились результатом революционного творчества трудящихся масс в период Первой русской революции. Во время охватившей весь промышленный район Иванова-Вознесенска (ныне г. Иваново) грандиозной стачки текстильщиков 15(28) мая 1905 г. на собрании 35 тысяч рабочих был создан первый в истории Совет рабочих депутатов. Орган борьбы, опирающийся на организованность рабочих в процессе производства. Он с первых шагов показал себя органом пролетарской власти: предъявлял общие требования фабрикантам и царской администрации, организовал боевую дружину и милицию для охраны порядка, учредил продовольственный кооператив для снабжения бастующих продуктами, согласовывал выполнение неотложных работ на непрерывных производствах, вел агитацию и пропаганду и пр. пр.. Знаменательно, что фабриканты и заводчики как люди неглупые сразу почувствовали опасность Совета рабочих и сразу согласились на переговоры, но при условии, что каждый хозяин ведет разговоры с депутатами своей фабрики. А рабочие и чувством, и разумом понимая силу организации, держались формулы «все со всеми». Так родился первый орган диктатуры пролетариата в России. Всего за время Первой русской революции созданы 62 Совета. А после свергнувшей монархию Февральской революции 1917 г. число Советов в стране быстро достигло 600, поскольку рабочие уже имели представление, каким должно быть их представительство во власти. Под лозунгом «Вся власть Советам!» свершалась Октябрьская социалистическая революция.

Владимир Ильич увидел в Советах наиболее адекватную организационную форму осуществления диктатуры пролетариата. Сразу по возвращении из эмиграции в революционную Россию он пишет в своих знаменитых Апрельских тезисах о системе правления в стране, которая свершит социалистическую революцию:

«Не парламентарная республика, - возвращение к ней от С.Р.Д. было бы шагом назад, - а республика Советов рабочих, батрацких и крестьянских депутатов по всей стране, снизу доверху»[68].

Почему именно на Советах должна была остановить свой выбор рождавшаяся в муках революции и Гражданской войны принципиально новая, социалистическая государственность? Потому что Советская власть осуществляется в интересах трудящегося большинства и немыслима без самого широкого участия в управлении этого самого большинства. Она представляет собой высший тип демократии и оставляет далеко позади себя демократизм самой просвещённой и самой парламентарной буржуазной республики.

«Советы – непосредственная организация самих трудящихся и эксплуатируемых масс, облегчающая им возможность самим устраивать государство и управлять им всячески, как только возможно. Пролетарская демократия в миллион раз демократичнее всякой буржуазной демократии; Советская власть в миллион раз демократичнее самой демократичной буржуазной республики»[69].

Берущий в свои руки власть пролетариат не может использовать государственную машину старого строя. Он, по Ленину, должен её разбить, сломать и заменить новым государственным аппаратом, который «и есть Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов».

Один из доводов буржуазии и их прислужников из числа так называемой ответственной, в большей части парламентской оппозиции, против социализма вообще и Советов как формы власти рабочего класса  состоял сто лет назад, во времена Ленина, и состоит сейчас в том, что государством должны управлять «профессионалы», а неподготовленные и малообразованные низы на такое не способны. На это ответим словами Ленина:

«…У нас есть «чудесное средство» сразу, одним ударом удесятирить наш государственный аппарат, средство, которым ни одно капиталистическое государство никогда не располагало и располагать не может. Это чудесное дело – привлечение трудящихся, привлечение бедноты к повседневной работе управления государством»[70].

Все, кто жил в Советском Союзе, помнят, как действовало это «чудесное средство». Чуть ли не в каждой семье находились «государственные люди»: один – член профкома на своём заводе, другой – народный контролёр, третья – депутат райсовета. А ещё народные дружинники, руководители добровольных обществ, рабкоры газет и т.д.

Отметим по отношению к Советам и такую их выигрышную сторону, как «прямая демократия». Совет, по Ленину,  «…даёт возможность соединять выгоды парламентаризма с выгодой непосредственной и прямой демократии, т.е. соединять в лице выборных представителей народа и законодательную функцию, и исполнение законов. По сравнению с буржуазным парламентаризмом это такой шаг вперёд в развитии демократии, который имеет всемирно-историческое значение»[71].

В то время как буржуазные парламенты, - указывает Ленин, - никогда не решают серьёзные общественные вопросы (их при капитализме решают банки и биржа), Совет и решает такие вопросы, и организует выполнение принятых решений.

Сегодня буржуазные пропагандисты пишут, что разрушившая Советский Союз и социалистический строй буржуазная контрреволюция конца 80-х – начала 90-х годов «завершила историю Советской власти». Господа реставраторы капитализма стараются уверить себя и окружающих, что никогда уже не подняться красному флагу диктатуры пролетариата. Но господа выдают желаемое за действительное. Мы живём в эпоху перехода человечества к социалистической общественной формации. На этом пути возможны контрреволюции и реставрации, но общий вектор развития показывает на революционное превращение капитализма в социализм. И Советы как проверенная форма диктатуры пролетариата остаются ориентиром.

«Советская власть есть путь к социализму, найденный массами трудящихся, и потому — верный, и потому — непобедимый»[72].

В Программе РКРП-КПСС создание Советов, избираемых трудящимися по трудовым коллективам, стоит первым звеном в исторической цепи событий, приводящих к новому завоеванию политической власти рабочего класса, а восстановление Советской власти путём совершения Социалистической революции является ближайшей стратегической целью нашей партии.

ЛЕНИН О «ПАРЛАМЕНТСКОМ КРЕТИНИЗМЕ» И ИСПОЛЬЗОВАНИИ КОММУНИСТАМИ ВОЗМОЖНОСТЕЙ ПАРЛАМЕНТСКОЙ БОРЬБЫ ДЛЯ ДЕЛА РАБОЧЕГО КЛАССА. УРОКИ ДЛЯ СОВРЕМЕННОГО ЭТАПА

Одним из серьёзнейших вопросов, возникающих в ходе борьбы коммунистов, является работа в буржуазных парламентах. Вопрос этот не является сугубо тактическим. Отношение к парламентаризму теснейшим образом связано со многими фундаментальными проблемами стратегии классовой борьбы: начиная от марксистской концепции государства и заканчивая вопросами идеологического влияния буржуазного общества на пролетарскую партию. Отношение той или иной партии к парламентскому процессу и, тем более, работа её представителей в парламенте являются хорошей проверкой истинных намерений политической организации.

Неудивительно поэтому, что вопрос парламентской работы наряду с некоторыми другими ключевыми вопросами стал точкой расхождения последовательных коммунистов с оппортунистами. О том, насколько старо это расхождение, свидетельствует история нелицеприятного термина «парламентский кретинизм». Его впервые употребил ещё Фридрих Энгельс в 1852 году. В своей работе «Революция и контрреволюция в Германии» он, не стесняясь в выражениях, писал о тогдашних левых: «С самого начала своей законодательной карьеры они более чем какая-либо другая часть Собрания были заражены неизлечимой болезнью — парламентским кретинизмом, недугом, несчастные жертвы которого проникаются торжественным убеждением, будто весь мир, его история и его будущее направляются и определяются большинством голосов именно того представительного учреждения, которое удостоилось чести иметь их в качестве своих членов»[73].

С тех пор многие левые, левоватые, социалистические и даже коммунистические партии оказались заражены иллюзиями «парламентского кретинизма». Сознательно или бессознательно они распространяют среди своих сторонников идею о возможности фундаментальных общественных трансформаций посредством победы на выборах. Например, в программе Коммунистической партии Российской Федерации (КПРФ) сказано о методе взятия власти: «Коммунисты организуют народные массы в борьбе за их социально-экономические, политические интересы, возглавляют выступления людей труда, ветеранов и молодежи в защиту своих законных прав. Партия добивается создания условий для честных выборов всех органов власти и формирования правительства народного доверия»[74]. Иными словами, народное движение используется как подчинённая сила для того, чтобы попытаться обыграть буржуазию по её же правилам. Иллюзорность этих надежд уже была не раз доказана жизнью, в т.ч. кровавыми событиями в Москве в Октябре 1993 года.

В качестве ещё одного примера можно взять программный документ некогда славной и боевой Французской Коммунистической партии (ФКП) «Осмелимся на демократическую революцию: 6 предложений для 6-й республики». Несмотря на «революционное» название, суть предложений ФКП сводится к реформированию буржуазной государственной машины в духе перехода от президентской к парламентской республике.

Подобные позиции в современном мировом коммунистическом движении — не исключение, а скорее правило. Во многих странах мира партии, называющие себя «коммунистическими», работают не на свержение капитализма, а на его смягчение, улучшение, постановку примочек на больные места общества.

Однако, для подлинно коммунистических, революционных организаций вопрос участия в буржуазных парламентах не имеет универсального, на все случаи жизни подходящего ответа. В то же время среди многих групп и организаций царит начётнический подход к этой проблеме. Анализ конкретной ситуации, применение к ней марксистской методологии часто подменяется просто жонглированием цитатами. Следует заметить, что поскольку по вопросам участия в выборах почти каждый политически активный человек считает себя специалистом, то дискуссии о тактике, как правило, носят весьма острый характер, а принятые решения часто весьма неоднозначны. Известно, что В.И. Ленин после успешного бойкота Булыгинской Думы, агитировал за бойкот выборов следующих (первой и второй Думы), но позже признавал, что это было ошибкой: «Ошибкой, хотя и небольшой легко поправимой, [К политике и партиям применимо -- с соответственными изменениями -- то, что относится к отдельным людям. Умен не тот, кто не делает ошибок. Таких людей нет и быть не может. Умен тот, кто делает ошибки не очень существенные, и кто умеет легко и быстро исправлять их.] был уже бойкот большевиками «Думы» в 1906 году. Ошибкой серьезнейшей и трудно поправимой был бойкот в 1907, 8 и следующих годах, когда, с одной стороны, нельзя было ждать очень быстрого подъема революционной волны и перехода ее в восстание, и когда, с другой стороны, необходимость сочетания легальной и нелегальной работы вытекала из всей исторической обстановки обновляемой буржуазной монархии»[75].                                   Таким образом, Ленин указывает на то, что в каждой конкретной ситуации коммунисты должны сами определяться с тактикой – что будет в данном случае больше работать на развитие классовой борьбы. Бывает просто необходимо отказаться от участия в буржуазных выборах. Так было в царской России в 1905 г. Так было в РФ в 1993 г. Но буржуазные выборы - это всегда обман, поэтому некоторые товарищи пытаются придать этой конкретной тактике универсальный характер.

Например, сторонники бойкота парламентской деятельности (современные «отзовисты») приводят в пример успешный бойкот и срыв созыва т.н. «булыгинской Думы» в 1905 году. Они также цитируют подготовленную Лениным в начале 1906 г. резолюцию Петербургского комитета РСДРП о тактике бойкота, которая содержит множество объективных и эмоциональных аргументов против участия в выборах: «Принимая во внимание, что... Государственная дума... является самой грубой подделкой народного представительства, ибо огромное большинство пролетариата и крестьянства фактически устранено от участия в Думе, благодаря не всеобщему избирательному праву и просеиванию выборщиков от рабочих и крестьян через три и четыре сита... мы, собрание представителей петербургских рабочих, принадлежащих к РСДРП, признаем необходимым отказаться безусловно от всякого участия в Государственной думе; отказаться безусловно от всяких выборов в Государственную думу на какой бы то ни было стадии»[76].

К тому же периоду, относится и листовка Ленина «Бойкотировать ли Государственную Думу?», которая популярно излагает негативные последствия участия в выборном процессе: «Почему отказываемся мы от участия в выборах? Потому, что, участвуя в выборах, мы невольно поддержим в народе веру в Думу, мы ослабим этим силу своей борьбы против подделки народного представительства. Дума не парламент, а уловка самодержавия. Мы должны сорвать эту уловку, отвергая всякое участие в выборах»[77].

Но, как мы уже говорили выше, сам Ленин признал совершенную ошибку.

С другой стороны, сторонники однозначного и обязательного участия в парламентской деятельности чаще всего ссылаются на фундаментальную работу Ленина «Детская болезнь "левизны" в коммунизме», в которой содержится немало прямых указаний на необходимость работы в парламенте. Например: «Пока вы не в силах разогнать буржуазного парламента и каких угодно реакционных учреждений иного типа, вы обязаны работать внутри них именно потому, что там есть еще рабочие, одураченные попами и деревенскими захолустьями, иначе вы рискуете стать просто болтунами[78]… Критику — и самую резкую, беспощадную, непримиримую критику — следует направлять не против парламентаризма или парламентской деятельности, а против тех вождей, которые не умеют — и еще более тех, кои не хотят, — использовать парламентских выборов и парламентской трибуны по-революционному, по-коммунистически»[79].

Реже вспоминается пропагандистская статья Ленина «Выборы недалеко — все за работу!», напечатанная в «Правде» в июне 1912 года. Она содержит следующее разъяснение необходимости участия в выборах: «Кто участвует в выборах, тот сознает себя гражданином; он неми­нуемо втягивается в политическую жизнь, сознательнее отно­сится к ней, с большим пониманием и интересом читает свою рабочую демократическую газету, строже относится к своему долгу участвовать во всех рабочих обществах и т. д.» (В.И. Ленин. ПСС, т.37).

Очевидно, что просто механически строить аргументацию на тех или иных «удобных» цитатах было бы ненаучно и просто глупо. Об этом говорил сам Ленин: «Но слепое, подражательное, некритическое перенесение этого опыта на иные условия, в иную обстановку является величайшей ошибкой»[80]. Те, кто занимаются подобными трудами, в лучшем случае путают марксизм с частными выводами марксизма применительно к той или иной ситуации. В худшем же случае это лукавство: такие политики лишь пытаются «освятить» цитатами свою собственную позицию, которая может иметь совершенно посторонние мотивы.

Марксизм не зря подчёркивает, что истина — конкретна. Каждая приведённая цитата «за» или «против» выборов — это применение марксистского анализа к той или иной конкретной ситуации. Анализ этот должен учитывать множество факторов: от уровня развития рабочего движения и степени монолитности правящего класса до нюансов предвыборного законодательства и тенденций в общественных настроениях. Но как бы ни отличались друг от друга предвыборные кампании, этот анализ при любых обстоятельствах должен ставить перед собой главную цель — содействие развитию классовой борьбы пролетариата. Всесторонний марксистский анализ ситуации должен, в конечном счёте, ответить на вопрос: какой вариант действий в данной конкретной ситуации поможет развитию классовой борьбы, росту идейности и организованности пролетариата?

Несмотря на то, что в разных ситуациях выводы могут быть диаметрально противоположными, единые цели и единая методология всё же позволяют сделать некоторые обобщающие выводы. Примером такого обобщения, итогом теоретических размышлений Владимира Ильича по этому вопросу является короткая и выразительная статья Ленина «Выборы в учредительное собрание и диктатура пролетариата», написанная в 1919 году. Она, в частности, содержит следующие исключительно важные выводы:

«1. Всеобщее избирательное право является показателем зрелости понимания своих задач разными классами. Оно показывает, как склонны решать свои задачи разные классы. Самое решение этих задач дается не голосованием, а всеми формами классовой борьбы, вплоть до гражданской войны.

  1. Социалисты и социал-демократы II Интернационала стоят на точке зрения вульгарной мелкобуржуазной демократии, разделяя ее предрассудок, будто голосование способно решить коренные вопросы борьбы классов.
  2. Участие в буржуазном парламентаризме необходимо для партии революционного пролетариата ради просвещения масс, достигаемого выборами и борьбой партий в парламенте. Но ограничивать борьбу классов борьбой внутри парламента или считать эту последнюю высшей, решающей, подчиняющей себе остальные формы борьбы, значит переходить фактически на сторону буржуазии против пролетариата[81]…»

Изучение ленинского наследия даёт современным коммунистам прекрасные образцы подлинно марксистского подхода к использованию парламентаризма. Используя научную методологию, чутко улавливая малейшие общественные тенденции, постоянно имея в виду главные цели развития классовой борьбы, можно успешно разобраться в самых сложных и оригинальных ситуациях, которые подкидывает нам реальность классовой борьбы. И дело отнюдь не ограничивается принятием простых решений – участвовать или не участвовать в конкретных выборах или референдумах. Это лишь первая ступенька задачи. Сложнее и важнее вопрос - как участвовать (в том числе – как бойкотировать), как вести пропаганду не для получения процента, а для подъема духа борьбы.  Как использовать предоставляющиеся парламентские возможности и партийных депутатов для развития борьбы самих трудящихся масс вне парламента. Для разъяснения этим же массам, что внушать надежду на победу социализма через выборы могут только, говоря словами Ленина, негодяи или дурачки. Что парламентаризм может помочь и в решении каких-то социальных проблем через реформы, но только тогда, когда это будет всего лишь побочным продуктом реальной классовой борьбы вне парламента. Все решает соотношение сил.

ЛЕНИНСКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА – ПРОЛЕТАРСКИЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМ. БОРЬБА С ОППОРТУНИЗМОМ II ИНТЕРНАЦИОНАЛА. СОЗДАНИЕ СССР – ПРАКТИЧЕСКОЕ ВОПЛОЩЕНИЕ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМА КОММУНИСТОВ

Ленин прекрасно понимал главный вывод «Манифеста Коммунистической партии», что для победы над международным капитализмом необходимо единство пролетариев разных стран и национальностей. Лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» никогда не снимался большевиками со знамен партии. Не менее ясно он понимал и то, что национализм – это опасное оружие капитала, служащее разъединению трудящихся и их подчинению защите интересов капиталистов «своей» страны, «своей» нации.

Ленин выдвинул лозунг права нации на «самоопределение вплоть до отделения». При этом главным в этом лозунге для Ленина был не сам абстрактный принцип самоопределения – ведь марксисты не либералы, чтобы ставить во главу угла абстрактные принципы, и не националисты, чтобы выдвигать на первый план независимость во что бы то ни стало. А главным было понимание того, что только отказ рабочих угнетающих наций от всяких имперских амбиций, признание, и не только признание, но и активная поддержка ими полного права угнетенных и малых наций на отделение от «их» государства – способны преодолеть стену недоверия между пролетариями больших и малых, угнетающих и угнетенных, великодержавных и колониальных наций.

В то же время, право самоопределения совсем не означает необходимости отделения. И Ленин подчеркивал, что «как путь, скажем, к точке, находящейся в середине данной страницы, идёт налево от одного бокового края её и направо от противоположного края»[82], так и правильная политика марксистов в национальном вопросе, имея одну цель, отличается для рабочих партий угнетающих и угнетенных наций. Если коммунисты великодержавных наций должны делать акцент на праве отделения от «их» государства, то коммунисты подчиненной наций, наоборот, должны упирать на единство с пролетариатом великодержавной нации, и, если это возможно – на выгодность сохранения одного государства. Именно таким способом наносится наиболее мощный удар по буржуазному национализму и укрепляется взаимное доверие пролетариев. Ведь буржуазный национализм у этих двух типов наций имеет разную форму, соответственно, и конкретный направления пропаганды в пользу пролетарского интернационализма тоже должны различаться.

При этом, как уже было сказано, требование самоопределения не представляет собой самоцель, а вытекает из классовых интересов борьбы пролетариата. Возможны случаи, когда те или иные национальные движения, сами по себе даже справедливые, противоречат интересам пролетарской революции. «Отдельные требования демократии, в том числе самоопределение, не абсолют, а частичка общедемократического (ныне: общесоциалистического) мирового движения. Возможно, что в отдельных конкретных случаях частичка противоречит общему, тогда надо отвергнуть ее»[83].

Высшим проявлением бесстрашия Ленина, его верности классовым интересам пролетариата, а также образцом правильной и победоносной политической стратегии и тактики стали его лозунги «Поражения своего правительства» в империалистической войне и «Превращения войны империалистической в войну гражданскую». В то время, как основная часть европейской социал-демократии скатилась в болото социал-шовинизма и помогала буржуазии гнать рабочих убивать друг друга за интересы капиталистов, за передел колоний, Ленин остался верен принципу революционера – использовать вызванный войной кризис для социалистической революции.

Призывая к поражению буржуазно-помещичьей России, Ленин, конечно, не выступал за победу Германии. Выдвинутый Лениным лозунг «поражения своего правительства» и «превращения войны империалистической в войну гражданскую»[84] был выдвинут им как лозунг революционных марксистов всех воющих стран, в том числе и германских революционеров, вопреки оппортунистам всех стран, которые предали рабочий класс и поддержали в грабительской войне свои правительства под предлогом «защиты Отечества». В этом проявилась роль Ленина как вождя не только русского, но и всемирного революционного пролетариата. Ленин и пошедшие за ним революционные элементы распавшегося II Интернационала, составившие вскоре III, Коммунистический интернационал, делали ставку на использование вызванного войной кризиса для революционного свержения капиталистического строя.

Огромна роль Ленина в разработке политики рабочего класса о национально-освободительной борьбе в колониях. Если до Ленина социал-демократы II Интернационала фактически игнорировали важнейшую тогда часть национального вопроса – колониальный вопрос, фактически идя на поводу у своей буржуазии, то Ленин поставил этот вопрос на первое место. Он рассматривал национально-освободительную борьбу колониальных народов как великую силу, ослабляющую мировой капитализм. Ленин боролся за союз между пролетарским революционным движением в империалистических государствах и национально-освободительным движением в колониальных и зависимых странах. Он требовал от коммунистических партий империалистических стран активной поддержки борьбы колониальных народов за освобождение, а от компартий колониальных стран – внесения в национально-освободительное движение классовой составляющей и, по возможности, завоевания руководящего положения в нём, чтобы была открыта возможность от национально-освободительной революции перейти сразу к социалистической.

Надо подчеркнуть, что ленинский пролетарский интернационализм имеет мало общего с буржуазно-либеральными идеями толерантности и мультикультурализма. Толерантность означает, что трудящиеся другой национальности – это чужаки, но мы должны не избивать их, а терпеть. Нечего сказать, большой прогресс цивилизации! Мультикультурализм с его закреплением культурных перегородок между пролетариями разных национальностей, живущими в одном городе и работающими часто на одних и тех же предприятиях, вообще является, фактически, вывернутым наизнанку национализмом. Пролетарский же интернационализм призывает пролетариев не «терпеть» друг друга, а объединяться в борьбе против капитала, за социализм!                                                                              Высшим практическим воплощением интернациональной политики коммунистов является создание Союза Советских социалистических республик. Союз нерушимый республик свободных объединил более чем 150 различных народов и народностей, говорящих на разных языках и имеющих каждый свою историю и культуру, строился на мощнейшем политическом фундаменте – власти Советов.  Основой национально-территориального устройства СССР, одинаково понимаемой Лениным и Сталиным, была Советская власть, то есть организационная форма реализации диктатуры пролетариата. Трудящимся, как известно, делить меж собой нечего. Власть трудового народа обеспечивала союз равноправных народов, дружбу и сближение национальностей, совместную политическую, экономическую и культурную жизнь. Формирование новой общности - Советский народ это не выдумка пропаганды, а несомненный факт реальной жизни, прошедший проверку испытанием жесточайшей войны. Именно Советский народ, первое в мире государство рабочих и крестьян и его могучая Рабоче-Крестьянская Красная Армия сломали хребет фашизму.  Советское государство строилось на принципе «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» И пока власть была советской, а партия коммунистической, Союз был непобедим.  Пролетарский интернационализм – непременное условие политики коммунистов для победы мировой революции!

В.И. Ленин учил: «Капитал есть сила международная. Чтобы ее победить, нужен международный союз рабочих, международное братство их. Мы — противники национальной вражды, национальной розни, национальной обособленности. Мы — международники, интернационалисты. Мы стремимся к тесному объединению и полному слиянию рабочих и крестьян всех наций мира в единую всемирную Советскую республику»[85]. Наше будущее – Всемирная республика Советов!

ЛЕНИНСКОЕ ПОНИМАНИЕ ФОРМ КЛАССОВОЙ БОРЬБЫ ПРИ СОЦИАЛИЗМЕ

«Социализм есть классовая борьба теперешнего пролетариата, идущего от одной цели сегодня к другой завтра во имя своей коренной цели, приближаясь к ней с каждым днем».[86]

 

В том, что при социализме классовая борьба никуда не исчезает, Ленин нисколько не сомневался. Социалистическая революция даёт государственную власть рабочим, устанавливается диктатура пролетариата. При этом государственная власть нужна пролетариату не только для подавления сопротивления эксплуататоров, но и для руководства всей массой населения, крестьянством и мелкой буржуазией в деле налаживания социалистического хозяйства. По Ленину «Социализм есть уничтожение классов. Диктатура пролетариата, … - не есть только насилие над эксплуататорами и даже не главным образом насилие. Экономической основой этого революционного насилия, залогом его жизненности и успеха является то, что пролетариат представляет и осуществляет более высокий тип общественной организации труда по сравнению с капитализмом». В.И. Ленин разъясняет, что «уничтожение классов — дело долгой, трудной, упорной классовой борьбы, которая после свержения власти капитала, после разрушения буржуазного государства, после установления диктатуры пролетариата   н е    и с ч е з а е т  (как воображают пошляки старого социализма и старой социал-демократии), а только меняет свои формы, становясь во многих отношениях еще ожесточеннее». При этом Ленин учил: «Уничтожить классы значит не только прогнать помещиков и капиталистов - это мы сравнительно легко сделали - это значит также уничтожить мелких товаропроизводителей, а их нельзя прогнать, их нельзя подавить, с ними надо ужиться, их можно (и должно) переделать, перевоспитать только очень длительной, медленной, осторожной организаторской работой. Они окружают пролетариат со всех сторон мелкобуржуазной стихией, пропитывают его ею, развращают его ею, вызывают постоянно внутри пролетариата рецидивы мелкобуржуазной бесхарактерности, раздробленности, индивидуализма, переходов от увлечения к унынию. Нужна строжайшая централизация и дисциплина внутри политической партии пролетариата, чтобы этому противостоять, чтобы организаторскую роль пролетариата (а это его главная роль) проводить правильно, успешно, победоносно.

Диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества. Сила привычки миллионов и десятков миллионов - самая страшная сила. Без партии, железной и закаленной в борьбе, без партии, пользующейся доверием всего честного в данном классе, без партии, умеющей следить за настроением массы и влиять на него, вести успешно такую борьбу невозможно. Победить крупную централизованную буржуазию в тысячу раз легче, чем «победить» миллионы и миллионы мелких хозяйчиков, а они своей повседневной, будничной, невидной, неуловимой, разлагающей деятельностью осуществляют те самые результаты, которые нужны буржуазии, которые реставрируют буржуазию. Кто хоть сколько-нибудь ослабляет железную дисциплину партии пролетариата (особенно во время его диктатуры), тот фактически помогает буржуазии против пролетариата»[87].

Победить эту страшную силу мелкобуржуазности очень сложно, как объяснял Ленин, потому что «Когда гибнет старое общество, труп его нельзя заколотить в гроб и положить в могилу. Он разлагается в нашей среде, этот труп гниет и заражает нас самих.  ... Иначе социалистическую революцию никогда родить нельзя, и иначе как в обстановке разлагающегося капитализма и мучительной борьбы с ним ни одна страна от капитализма к социализму не перейдет. И поэтому мы говорим: наш первый лозунг – централизация, наш второй лозунг – объединение рабочих. Рабочие, объединяйтесь и объединяйтесь!»[88]

И до тех пор, пока классы будут существовать на Земле, рабочий класс будет нуждаться в государстве как в особом аппарате насилия, необходимом для подавления мелкобуржуазных тенденций – любых ростков класса буржуазии, которая всеми силами будет стремиться восстановить своё господство и частную собственность на средства производства.

Мы исходим из того ленинского положения, что социализм есть неполный коммунизм, низшая фаза коммунистической формации. Он неизбежно несет во всех отношениях отпечаток старого, капиталистического строя, из которого он вышел. Здесь каждый ещё объективно заинтересован как в росте общественного богатства, так и в увеличении своей личной доли в нём. Но по-другому быть просто не может. Ленин указывал: «Мы можем (и должны) начать строить социализм не из фантастического и не из специально нами созданного человеческого материала, а из того, который оставлен нам в наследство капитализмом. Это очень «трудно», слов нет, но всякий иной подход к задаче так не серьезен, что о нем не стоит и говорить»[89].  

Социализм бывает таким, каким он вышел из капитализма в зависимости от складывающихся условий. Он может быть и суровым, и жестоким, и несытым, и кровавым. При социализме классовая борьба не заканчивается, а приобретает новые формы, продолжается как борьба пролетарской, коммунистической созидательной тенденции с мелкобуржуазной частнособственнической тенденцией. Борьба тенденций идет во всех известных формах: теоретической, политической, экономической.                           Из теории известно, что обязательной характеристикой социализма является власть, осуществляющая диктатуру пролетариата и обеспечивающая победу позитивной коммунистической тенденции. Борьбу с этой мелкобуржуазной стихией рабочий класс тогда вёл и в своей собственной среде, и в рядах своей партии, где она проявлялась в виде разного рода мелкобуржуазных уклонов, в уходе от служения своему классу. Эти вопросы подробно разобраны и изложены в докладе ЦК РКРП «100 лет Октября и задачи сегодняшних коммунистов». Исходя из ленинских заветов, партия коммунистов должна обеспечить победу пролетарских тенденций во всех областях деятельности, на всех фронтах классовой борьбы.

В политической области социализм, по ленинскому определению, есть уничтожение классов. То есть движение к преодолению классовых различий, различий между умственным и физическим трудом и пр. Это движение осуществляет Советская власть, как организационная форма диктатуры пролетариата, осуществляя все более широкое, по возможности поголовное, привлечение трудящихся к управлению государством. Последовательная демократия, пишет Ленин, должна превратиться в социализм, где функции государственной службы превратятся в такие простые операции контроля и учёта, которые будут доступны всему населению. По сути, классовая борьба при социализме будет заключаться в следующем: «Демократия для гигантского большинства народа и подавление силой, т.е. исключение из демократии, эксплуататоров, угнетателей народа, — вот каково видоизменение демократии при переходе от капитализма к коммунизму»[90].

В работе 1917 года «Государство и революция»[91] Ленин, обращаясь к трудам основоположников марксистской науки К. Маркса и Ф. Энгельса и разоблачая оппортунистические теории, писал:

«…Во-первых, по Марксу, пролетариату нужно лишь отмирающее государство, т.е. устроенное так, чтобы оно немедленно начало отмирать и не могло не отмирать. А, во-вторых, трудящимся нужно «государство», «то есть организованный в господствующий класс пролетариат». Государство есть особая организация силы, есть организация насилия для подавления какого-либо класса. Какой же класс надо подавлять пролетариату? Конечно, только эксплуататорский класс, т.е. буржуазию. Трудящимся нужно государство лишь для подавления сопротивления эксплуататоров, а руководить этим подавлением, провести его в жизнь в состоянии только пролетариат  как единственный до конца революционный класс, единственный класс, способный объединить всех трудящихся и эксплуатируемых в борьбе против буржуазии, в полном смещении ее».[92]

Социализм должен обеспечить полную выборность и сменяемость в любое время всех без исключения должностных лиц и свести жалование «управленцев» к заработной плате рабочего. Ленин, вслед за Марксом и Энгельсом, утверждает, что для построения социализма необходимо разбить старую буржуазную государственную машину со всеми её институтами, созданными для подавления трудящихся классов: парламентом, министерствами, армией, полицией и др. Пролетариат создаст свои управленческие и демократические органы, в которых избранники трудового народа будут не только свободно обсуждать все насущные вопросы, но и должны сами работать, сами исполнять свои законы, сами проверять их исполнение, отвечать перед избирателями.

Разумеется, что кроме внутренних классовых врагов, которые ещё долго после взятия

власти пролетариатом будут мечтать о контрреволюции, большую опасность для

социализма представляют враги внешние. Поднимать сознание рабочих и крестьян, смело

опираться на их поддержку при любой военной угрозе призывал Ленин. Красная Армия,

которую нужно укреплять и всегда поддерживать в боевом состоянии, – ключевой фактор

классовой борьбы. Мы знаем, что Советская власть не продержалась бы и полгода, если

бы не вооружённые и организованные по-военному трудящиеся, которые в жесточайшей

борьбе сумели отстоять завоевания революции. До тех пор, пока существуют внешние

империалистические силы, они будут строить планы на истребление социализма, на

ликвидацию социалистического государства.

«Нельзя забывать ни на минуту, что буржуазная и мелкобуржуазная стихия борется против Советской власти двояко: с одной стороны, действуя извне, приемами Савинковых, Гоцов, Гегечкори, Корниловых, заговорами и восстаниями, их грязным «идеологическим» отражением, потоками лжи и клеветы в печати кадетов, правых эсеров и меньшевиков; — с другой стороны, эта стихия действует изнутри, используя всякий элемент разложения, всякую слабость для подкупа, для усиления недисциплинированности, распущенности, хаоса. Чем ближе мы подходим к полному военному подавлению буржуазии, тем опаснее становится для нас стихия мелкобуржуазной анархичности. И борьбу с этой стихией нельзя вести только пропагандой и агитацией, только организацией соревнования, только отбором организаторов, — борьбу надо вести и принуждением».[93]

В области экономических отношений социализм - это преодоление элементов товарности в непосредственно общественном производстве.

Первое, что предстоит осуществить взявшему власть рабочему классу, это организовать точный и строгий контроль и учёт в производстве и распределении продуктов. Ленин во многих местах подчёркивает эту свою мысль. Контроль и учёт – это необходимые элементы классовой борьбы при социализме. Мы помним, как ленинское правительство, организовавшее контроль и учёт, смогло спасти Советскую республику в годы Гражданской войны. При сталинском руководстве функциям всенародного контроля и учёта также уделялось много внимания. Именно это дало возможность советскому народу мобилизовать все усилия в годы Великой Отечественной войны. Но помним мы и то, как размытый контроль, и ненадлежащий учёт помогли деятелям перестройки разрушить социализм.

Развивая свою мысль в других работах, написанных уже после Октябрьской революции, Ленин говорил, что важным моментом удержания власти рабочим классом является образование. К обучению делу государственного управления должны быть привлечены все трудящиеся. Только на этой основе можно будет добиться отстранения от принятия важных для общества решений сочувствующих буржуазии чиновников.

В морально-нравственном плане социализм обеспечивает все большие возможности для свободного развития всех и каждого.

Совершенные советским руководством и партией ошибки при строительстве социализма привели к контрреволюции, временному отступлению социализма. Когда люди идут впервые путем неизведанным и в условиях не только неизвестных, но и неимоверно трудных, при бешеном сопротивлении всего старого буржуазного мира, думать, что можно обойтись совсем без ошибок, говорить, что «надо было не так» - это политическое ханжество и чванство. Мы отличаем ошибки борьбы от ренегатства и самодурства. Наши предшественники, коммунисты-большевики под руководством Ленина и Сталина достойно прошли свой отрезок пути. Большевики были ортодоксальными марксистами-революционерами. В теории и на практике они придерживались не каких-то догм, а неукоснительно руководствовались основополагающими принципами марксизма, и прежде всего, в классовой борьбе. Поэтому, несмотря на имевшиеся просчеты и ошибки, сохранялся вектор движения «вперед и вверх». Инерция движения вперед сохранялась и после них довольно длительное время, однако со все большим и большим торможением. В послесталинский период наблюдался отход от ленинских принципов построения социализма.  Кроме того, успешное решение ряда крупных задач социалистического развития, в том числе устранение классовых антагонизмов, привело к появлению у партии и народа иллюзии непротиворечивости дальнейшего движения вперед. Эта иллюзия быстрого, без борьбы, достижения высшей фазы коммунизма была закреплена в третьей партийной Программе, принятой в 1961 г., что демобилизовало партию, рабочий класс, трудящихся. Программа ошибочно провозглашала отказ от диктатуры пролетариата и декларировала общенародный характер таких сугубо классовых институтов, как партия и государство, создавая тем самым идеологическое прикрытие для их мелкобуржуазного перерождения. Имевшие место ошибки и отклонения в строительстве социализма объяснялись субъективистски - культом личности. Задача возрождения сущности власти Советов не была даже поставлена, и трудящиеся, уже разобщенные организационно, теперь были и идейно разоружены перед лицом поднимавшейся волны мелкобуржуазности. Это разоружение партии и трудящихся теоретически обосновывалось официальным провозглашением “окончательной” победы социализма в нашей стране. Как мы знаем, конец был близок, контрреволюция завершилась разрушением Советского Союза и потерей Советской власти.

Коммунисты всего мира должны сделать выводы из допущенных ошибок советских коммунистов и продолжать борьбу за дело освобождения труда, творчески руководствуясь ленинской теорией.

ЛЕНИНСКАЯ ТЕОРИЯ О ВОЗМОЖНОСТИ ПОБЕДЫ СОЦИАЛИЗМА ПЕРВОНАЧАЛЬНО В НЕСКОЛЬКИХ СТРАНАХ ИЛИ ДАЖЕ В ОДНОЙ СТРАНЕ

Великая Октябрьская социалистическая революция – это первая революция, теоретически предсказанная марксизмом как закономерный и неизбежный переход от капиталистической общественно-экономической формации к коммунистической, как более прогрессивной. Революция не только предсказанная, но и спланированная, подготовленная и осуществленная под руководством партии большевиков.

Конечно, подготовку следует понимать не в вульгарном смысле, вроде того, что большевики революцию назначили и осуществили. Революции, как известно, по заказу не делаются. Но большевики революцию готовили всей своей деятельностью, прежде всего готовя себя к революции. Как учил Ленин: «Будет революция или не будет, - зависит не только от нас. Но мы своё дело сделаем, и это дело не пропадёт никогда».[94]

Особая заслуга В.И. Ленина состоит в том, что он творчески развил учение Маркса и Энгельса в эпоху империализма и пришел к выводу о возможности победы социализма первоначально в немногих странах или даже в одной стране. Этот вывод  Владимир Ильич делает на основе открытого им закона неравномерного развития капитализма в эпоху империализма, ведущего к разновременности вызревания объективных факторов революционной ситуации  в различных странах. В работе "Развитие капитализма в России" (1899 г.) Ленин впервые рассматривает проблему неравномерности развития капитализма и обращает внимание не только на революционную сущность рабочего класса, но и на крестьянство как ближайшего союзника пролетариата. В статье "О лозунге Соединенных Штатов Европы" (август 1915 г.) Ленин делает вывод: "Неравномерность экономического и политического развития - есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные классы других стран"[95].

Кроме того, В.И. Ленин приходит к выводу: социализм не может победить одновременно во всех странах. При этом он указывает, что победивший пролетариат должен быть готов к отражению военных нападений мирового империализма на социалистическое государство. "В этих случаях война с нашей стороны была бы законной и справедливой"[96], - отмечает он.

В.И. Ленин разоблачил антимарксистскую сущность взглядов Троцкого, отрицавшего возможность построения социализма в одной стране. Ленин подверг также критике Пятакова, который определял социалистическую революцию только как объединённое действие пролетариев всех стран.

История полностью подтвердила точность анализа и научного предвидения В.И. Ленина.

Особое значение в теоретической подготовке революции, безусловно, имеет работа В.И. Ленина «Империализм как высшая стадия капитализма», где он проанализировал развитие капитализма в его высшей монополистической стадии.  Разработал теорию империализма, выявив его основные черты и направление развития как паразитического и загнивающего капитализма – кануна социалистической революции.

Словом "канун" Ленин фиксирует факт отсутствия у капитализма за пределами империализма новой стадии его прогрессивного развития. Именно этим было определено Лениным историческое место империализма, вопреки всем оппортунистическим толкователям марксизма вроде Каутского, Плеханова и пр., прочившим империализму стадию ультраимпериализма и считавшим, что революционным социал-демократам России далее буржуазно-демократической революции идти не следует. Ленин доказал возможность социалистической революции в России и готовность страны к ней уже в тот исторический момент.

Ленин, конечно, не открыл империализм как таковой, но открыл его как высшую стадию капитализма. Он в своем анализе объективной реальности первым указал на возникающее диалектическое противоречие в сущности капитализма в период империализма. "…Некоторые основные свойства капитализма стали превращаться в свою противоположность", - сказано им. "Экономически основное в этом процессе есть смена капиталистической свободной конкуренции капиталистическими монополиями. Свободная конкуренция есть основное свойство капитализма и товарного производства вообще. <…> …Монополии, вырастая из свободной конкуренции, не устраняют ее, а существуют над ней и рядом с ней, порождая этим ряд особенно острых и крутых противоречий, трений, конфликтов. Монополия есть переход от капитализма к более высокому строю". [97]

В рабочем движении на стадии империализма резко обостряется борьба между революционным и реформистским его крылом, которая в России протекала как борьба большевиков и меньшевиков.  В том числе Ленин подметил, что империализм существенно меняет взаимоотношения буржуазии и рабочего класса. Отмечая паразитизм империализма, Ленин подчеркивал, что «получение монопольно-высокой прибыли капиталистами … дает им экономическую возможность подкупать отдельные прослойки рабочих, … привлекая их на сторону буржуазии данной отрасли или данной нации против всех остальных»[98], - и предупреждал, что в гражданской войне пролетариата с буржуазией они неизбежно становятся, в немалом числе, на сторону буржуазии. Некоторые его слои, иногда широкие, переходят на сторону буржуазии, поскольку она улучшает их положение за счёт сотен миллионов людей зависимых и колониальных стран. Буржуазная идеология воспринимается частью рабочего класса. В политике интересы этих слоёв выражают "буржуазные рабочие партии".

Подкуп за счёт империалистической сверхприбыли превращает таких рабочих в "сторожевых псов капитализма, в развратителей рабочего движения".

Ленин предсказал и показал, как экономические кризисы капитализма рождают революционные ситуации, сформулировал понятие революционной ситуации и определил главные объективные и субъективные признаки, характеризующие кризисную ситуацию, складывающуюся в обществе накануне революции:

- Верхи не могут управлять по-старому.

- Низы не хотят жить по-старому.

- Непременное повышение активности масс значительно более обычного уровня. 

При этом Ленин задолго до революции отметил, что далеко не всякий кризис влечёт за собой революционную ситуацию, и не всякая революционная ситуация перерастает в революцию. Он писал:   «Ни угнетение низов, ни кризис верхов не создадут ещё революции, - они создадут лишь гниение страны, - если нет в этой стране революционного класса, способного претворить пассивное состояние гнета в активное состояние возмущения и восстания» [99].

Для революции требуется наличие также такого субъективного фактора как присутствие авангардной пролетарской партии, вооруженной передовой теорией и способной возглавить выступление этого революционного класса. В.И. Ленин разработал теорию пролетарской партии - партии нового типа и создал партию большевиков. Ставя себе задачу сделать пролетариат способным выполнить свою великую историческую миссию, коммунистическая партия организует его в самостоятельную политическую силу, противостоящую всем буржуазным партиям сразу, руководит всеми проявлениями его классовой борьбы, разоблачает перед ним непримиримую противоположность интересов эксплуататоров интересам эксплуатируемых и проясняет ему историческое значение и необходимые условия предстоящей социалистической революции.

При этом необходимо отметить, что социалистическую революцию в той или иной стране Ленин всегда рассматривал как составную часть мировой социалистической революции. При этом он предупреждал о недопустимости авантюризма. «Да мы увидим международную мировую революцию, но пока это очень хорошая сказка, очень красивая сказка …. Но я спрашиваю; серьезному революционеру, свойственно ли верить сказкам? Во всякой сказке есть элементы действительности: ...Если народу говорить, что гражданская война в Германии придет, и  вместе с тем ручаться, что вместо столкновения с империализмом будет полевая международная революция, то народ скажет, что вы обманываете. … Хорошо, если немецкий пролетариат будет в состоянии выступить. А вы это измерили, вы нашли такой инструмент, чтобы определить, что немецкая революция родится в такой-то день? Нет, вы этого не знаете, мы тоже не знаем. Вы все ставите на карту. Если революция родилась, - так все спасено. Конечно! Но если она не выступит так, как мы желаем, возьмёт и не победит завтра, - тогда что? Тогда масса скажет вам: вы поступили как авантюристы, - вы ставили карту на этот счастливый ход событий, который не наступил, вы оказались непригодными оставаться в том положении, которое оказалось вместо международной революции, которая придет неизбежно, но которая сейчас ещё не дозрела»[100].

Исходя из закона неравномерности развития в эпоху империализма, В.И. Ленин увидел в российском империализме слабое звено цепи, которое можно было прорвать, обосновал возможность победы революции сначала в одной, отдельно взятой стране, выдвинул тезис превращения войны империалистической в войну гражданскую, и партия большевиков взяла курс на практическую подготовку революции. Таким образом, Октябрьская революция была теоретически обоснована, предсказана, практически подготовлена и осуществлена.

Великая Октябрьская социалистическая революция установила не какое-то долгожданное настоящее народовластие, не какую-то истинную народную демократию, а утвердила именно диктатуру пролетариата в форме Советов.

БОРЬБА В.И. ЛЕНИНА ЗА ЧИСТОТУ ПАРТИИ И ПРОТИВ «КОММУНИСТИЧЕСКИХ МЕРЗАВЦЕВ»

В течение всей жизни В.И. Ленина одной из его приоритетных задач была борьба за чистоту рядов партии. И если в дореволюционное время это была в первую очередь борьба против наличия в партии различных уклонов и извратителей марксизма, то после революции, и особенно после победы в Гражданской войне и закрепления за РКП(б) положения фактически правящей партии, к проблеме борьбы с уклонами прибавилась новая – необходимость очищения партии от карьеристов, бюрократов и прочей, говоря словами самого Ленина, «коммунистической сволочи»[101], которая своим поведением дискредитирует в глазах широких масс трудящихся представление о коммунистах и, соответственно, авторитет партии. По его словам, «трудящаяся масса с величайшей чуткостью улавливает различие между честными и преданными коммунистами и такими, которые внушают отвращение человеку, в поте лица снискивающему себе хлеб, человеку, не имеющему никаких привилегий, никаких «путей к начальству»»[102].

При этом если до революции и во время Гражданской войны эта задача решалась естественным путём – членство в партии не давало никакой выгоды, наоборот, было предметом риска (риск попасть под репрессии царского режима в дореволюционное время, риск стать жертвой «белого террора» в случае возможного поражения в Гражданской войне, поэтому в тот период в партию шли, как правило, действительно убеждённые люди).

Партия после установления Советской власти осознанно принимала меры по сохранению своих рядов от проникновения в них некоммунистических элементов и карьеристов – например, призывы на фронт в годы Гражданской войны, добровольный безвозмездный труд на коммунистических субботниках, отправку «двадцатипятитысячников» на подъём деревни, а также введение «партмаксимума» для руководящих партийных работников, что не позволяло последним использовать свою должность как некое преимущество.

Но после победы в Гражданской войне, когда быть членом партии стало, во-первых, безопасно, а, во-вторых, выгодно, к правящей партии стали примазываться лица, которые от своего членства в партии искали выгоду. К чему это привело, мы все можем видеть на примере поздней КПСС, численность которой на период своего максимального расширения составила почти 20 млн человек, но после реставрации капитализма в коммунистических партиях (многие из которых, наподобие КПРФ, «коммунистические только по названию») осталось не больше 10% от этого количества, в то время как уничтожение социализма и самой партии было совершено руками оказавшейся во главе партии «коммунистической сволочи». Кстати, практически все образовавшиеся буржуазные партии возглавили бывшие члены и даже высокопоставленные функционеры КПСС.

Ленин отчётливо понимал эту опасность: Ещё в 1919 году в своём выступлении на VIII Съезде РКП(б) Ленин  с тревогой констатировал: «К нам присосались кое-где карьеристы, авантюристы, которые назвались коммунистами и надувают нас, которые полезли к нам потому, что коммунисты теперь у власти, потому, что более честные «служивые» элементы не пошли к нам работать вследствие своих отсталых идей, а у карьеристов нет никаких идей, никакой честности, это люди, которые стремятся только выслужиться», что, по словам Ленина, «на деле приводит иногда к тому, что крестьяне говорят: «да здравствует Советская власть, но долой коммунию»[103].

В качестве методов борьбы против этих явлений Ленин предлагал следующие меры:

Во-первых, недопущение чрезмерного расширения партии: «Мы боимся чрезмерного расширения партии, ибо к правительственной партии неминуемо стремятся примазаться карьеристы и проходимцы, которые заслуживают только того, чтобы их расстреливать»[104] (том 41 стр. 30). «… Коммунисты допускают новых членов в партию не для того, чтобы они пользовались выгодами, связанными с положением правительственной партии, а для того, чтобы они показывали пример действительно коммунистического труда, т.е. такого, который ведётся бесплатно»[105].

Во-вторых, соблюдение классового характера партии:

«Последний раз мы широко открыли двери партии – только для рабочих и крестьян» - в те дни (зима 1919), когда Юденич был в нескольких верстах от Питера, а Деникин в Орле, т.е. когда Советской республике угрожала отчаянная, смертельная опасность, и когда авантюристы, карьеристы, проходимцы и вообще нестойкие люди никоим образом не могли рассчитывать на выгодную карьеру от присоединения к коммунистам»[106].

В-третьих, непримиримое очищение партии от всех, кто позорит звание коммуниста. После завершения горячей фазы Гражданской войны, в 1921 году, Ленин ставит вопрос о чистке в партии, призывая в одноимённой работе «очистить партию надо от мазуриков, от обюрократившихся, от нечестных, от нетвёрдых коммунистов …»[107], чуть позже конкретизируя: «… Есть надежда, что тысяч 100 из нашей партии мы удалим. Некоторые говорят, что тысяч 200, - и эти последние мне больше нравятся»[108]. В упоминавшейся работе «О чистке партии» Ленин называет трёх главных врагов, стоящих перед коммунистом: «первый враг – коммунистическое чванство, второй – безграмотность, третий - взятка»[109]. Надо признать, что эти враги и сегодня продолжают бороться с коммунистическим характером партии.

Именно поэтому сохранение ортодоксального характера партии мы считаем одной из главных задач сегодняшнего дня.

 В-четвёртых, непримиримость и строжайшие взыскания для тех партийных деятелей, которые своими действиями воспроизводят худшие черты чиновничества царского режима. То, что это были не просто увещевания, а осознанно проводимая политика, может подтвердить следующая подборка  мер воздействия, а не набор увещеваний,

  • «Где у нас приговоры народных судов за то, что рабочий или крестьянин, вынужденный 4 или 5 раз придти в учреждение, наконец, получает нечто формально правильное, а по сути – издевательство. … Сколько вы посадили их в тюрьму за волокиту?»[110].
  • «Мы не умеем гласно судить за поганую волокиту: за это нас всех и Наркомюст сугубо надо вешать на вонючих верёвках, и я ещё не потерял надежды, что нас когда-нибудь за это поделом повесят»[111].
  • «Немедленно арестовать Когана, члена Курского Центрозакупа, за то, что он не помог 120 голодающим Москвы и отпустил их с пустыми руками. Опубликовать в газетах и листками, дабы все работники Центрозакупов и продорганов знали, что за формальное и бюрократическое отношение к делу, за неумение помочь голодающим рабочим репрессия будет суровая, вплоть до расстрела»[112].
  • «Прошу поставить на порядок дня вопрос об исключении из партии тех её членов, которые, будучи судьями по делу (2.V.1918) о взяточниках, при доказанной и признанной ими взятке, ограничились приговором на полгода тюрьмы. Вместо расстрела взяточников выносить такие издевательски слабые и мягкие приговоры есть поступок позорный для коммуниста и революционера»[113].
  • «Наказание за взятку (лихоимство, подкуп, сводка для взятки и пр. и т.п.) должно быть не ниже 10 лет тюрьмы и, сверх того, 10 лет принудительных работ»[114].

В-пятых, ответственность для коммуниста за то или иное противоправное деяние должна быть строже, чем для беспартийного гражданина.

«Подтвердить всем губкомам, что за малейшую попытку влиять на суды в смысле «смягчения» ответственности коммунистов ЦК будет исключать из партии. IV. Циркулярно оповестить НКЮст (копия губкомпортам), что коммунистов суды обязаны карать строже, чем некоммунистов»[115].

«Такая же азбука – тройная кара коммунистам, против кары беспартийным»[116].

Из такого подхода вытекала практика, когда коммуниста, в случае возбуждения в отношении на него уголовного дела, сразу же исключали из партии, хотя, казалось бы, это является нарушением презумпции невиновности, т.к. суд в принципе мог его оправдать. В отношении обычного беспартийного гражданина это действительно так и есть, но требования к коммунисту выше, чем к беспартийному. В более позднее советское время смысл этой традиции был утрачен, и исключение члена КПСС из партии в случае возбуждения уголовного дела воспринималось как формальность, чтобы «не портить статистику». Такой же подход сейчас практикуют нынешние единороссы, которые хотя иногда и имитируют «борьбу с коррупцией в своих рядах», но, понятно, коррупция, воровство и бюрократизм является сущностью их партии. Недаром в народе ЕР прозвали партией жуликов и воров. Было бы наивно предполагать, что они всерьёз могли бы взять на вооружение опыт Ленина по очищению своих рядов от «сволочи», и это наглядно показывает всю глубокую пропасть между нынешней партией власти (и недалеко ушедшей от неё «системной оппозиции») и трудовым народом России.

Сегодня коммунистам приходится очень нелегко, т.к. им приходится доказывать не только то, что они не допустят повторения перерождения партии, как произошло с КПСС, но и отмежевываться в общественном мнении от политического приспособленчества и крохоборства КПРФ во главе с Зюгановым.

Но, как бы ни было трудно, мы не дрогнем на избранном пути.

ОБОСНОВАНИЕ НЕОБХОДИМОСТИ ЛЕНИНСКОЙ НЭП И ЕЁ ОТЛИЧИЕ ОТ СОВРЕМЕННЫХ И МИРОВЫХ ИЗВРАЩЕНИЙ

«Надо увлечь массу рабочих и сознательных крестьян великой программой на 10-20 лет»[117].

Ленинская новая экономическая политика (НЭП) началась в конкретный исторический период, в 1921 году, когда в Советской России, обескровленной Гражданской войной и хозяйственной разрухой, уже не работали прежние методы распределения продуктов. Продразвёрстка, то есть прямое изъятие сельхозпродукции у крестьян и передача в город, была в своё время спасением для страны с разрушенной экономикой. Этот жёсткий метод позволял обеспечить жизнедеятельность рабочих заводов и паровозных мастерских, бойцов Красной Армии.

При этом руководство страны, и в первую очередь Председатель Совета Народных комиссаров Ленин, после окончания активных боевых действий пришло к пониманию, что такой непосредственный переход к коммунистическому производству и распределению не может более продолжаться. Крестьяне больше не могли выдержать методов развёрстки. Ситуацию необходимо было менять в корне. К тому же требовалось экономически обеспечить запланированную и так необходимую индустриализацию. План строительства тысяч заводов и фабрик уже частично начал воплощаться в жизнь – по проекту Государственной электрификации России (ГОЭЛРО) с 1920 года строились необходимые для запуска промышленности электростанции.

Ленин обосновал отказ от продразвёрстки и её замены продналогом тем, что в конкретных кризисных условиях 1921 года необходим постепенный и сложный переход от неразвитого капиталистического общества через социалистический учёт и контроль к социализму. Владимир Ильич прямо называл ошибкой прежние надежды большевиков на то, что в стране с деклассированным в результате войн и разрухи пролетариатом производство и распределение будут работать директивным методом, «штурмовым» способом, по одному лишь «коммунистическому велению», без предварительного переходного периода. Хозяйственная политика в своих верхах оказалась оторванной от низов и не создала того подъёма производительных сил, на который надеялась партия.

Но, признавая экономическую ошибку, Ленин призывал, как всегда это делал, учиться на ошибках и исправлять их без истерики, не впадая в другую крайность: «Нельзя научиться решать свои задачи новыми приемами сегодня, если нам вчерашний опыт не открыл глаза на неправильность старых приемов».[118]

В итоге отказа от экономической штурмовщины развернулась НЭП, давшая возможность крестьянам на основе личной заинтересованности оживить внутреннюю торговлю. Было легализовано мелкое предпринимательство, государственные предприятия могли теперь передаваться в аренду. В экономику страны на определенных условиях допускался иностранный капитал и пр. пр. То есть реанимировались элементы рынка.

Нужно особенно подчеркнуть, что с политической точки зрения допускалось вынужденное отступление. И Ленин это открыто признавал. Владимир Ильич недвусмысленно говорил, что НЭП – это прямое восстановление капитализма, но уже под контролем государства диктатуры пролетариата. Требовалось любыми путями улучшить экономическое положение, научиться хозяйствовать у капиталистов, чтобы пойти дальше.

Только ужасающая разруха и угроза остановки всей промышленности заставила рабочее правительство предпринять эти, в тех условиях необходимые, но очень опасные временные меры, позволившие ожить классу капиталистов внутри страны. Ожить мелкобуржуазной стихии в деревне. Эта мера на тот момент укрепила союз рабочего класса с крестьянством, однако было ясно, что после Гражданской войны победивший в этих столкновениях рабочий класс и трудовое крестьянство оказались перед более могущественным врагом, погубившим все прежние революции.

«Задача нашей партии развить сознание, что враг среди нас есть анархический капитализм и анархический товарообмен. Надо ясно понимать эту сущность борьбы и добиваться, чтобы самые широкие массы рабочих и крестьян эту сущность борьбы ясно понимали — «кто кого? чья возьмет?»   Диктатура пролетариата есть самая ожесточенная, самая бешеная борьба, в которой пролетариату приходится бороться со всем миром, ибо весь мир шел против нас, поддерживая Колчака и Деникина».[119]

Для того, чтобы преодолеть этот период оживления экономики путём восстановления капитализма и выстоять в борьбе с поднимающим голову внутренним классом капиталистов, нужно опереться на последний источник сил, говорил Ленин, на сознательность и организованность массы рабочих и крестьян.

Риск был не просто большой, а огромный. Ленин прямо говорил об этом:

«Организуем ли мы мелкое крестьянство на основе развития его производительных сил, поддерживая это развитие пролетарской властью, или подчинят его капиталисты, — от этого зависит исход борьбы. В десятках революций было то же самое, но такой войны не видал еще мир. Опыта у народа в таких войнах быть не могло. Мы его должны создавать сами и опираться в этом опыте мы можем только на сознание рабочих и крестьян. Вот в чем девиз и величайшая трудность этой задачи».[120]

О том, что капиталисты даже после победы трудящихся в Гражданской войне могут подняться и восстановить буржуазную власть, об этом Владимир Ильич никогда не забывал говорить. Не все коммунисты поняли суть выполняемого маневра, до 25% хороших революционеров и участников Гражданской войны сочли эту политику за предательство и покинули партию. Было очень тяжело. Долго экспериментировать с капитализмом было нельзя, так как опасность потерять завоевания революции могла только возрастать. Внутренние враги, как бы тихо и мирно они себя не вели, всегда будут рассчитывать на реванш, пока существует внешнее капиталистическое окружение, готовое оказать поддержку любым противникам диктатуры пролетариата.

НЭП стала вынужденной мерой, чьи возможные плюсы и риски были тщательно взвешены и описаны Лениным. Партия и правительство, пойдя на НЭП, совершая это вынужденное отступление, все лучшие силы направили на создание социалистического сектора экономики. Параллельно плану ГОЭЛРО создавались Госплан, Госснаб, система управления государственной экономикой, строилась крупная и тяжелая промышленность. Битва «кто кого» шла самая что ни на есть настоящая.    Новая экономическая политика действительно позволила оживить экономику страны. Владимир Ильич не дожил до того момента, но мы точно знаем, что он никогда не считал НЭП идеалом социализма, помним его постановку задачи: «из России нэповской будет Россия социалистическая».  Руководство страны Советов через несколько лет после смерти Ленина пришло к выводу, что НЭП пора сворачивать. Кризис хлебозаготовок 1927 года показал, что класс сельских капиталистов (кулачество) готов уже переходить к открытой борьбе с властью трудящихся. Под руководством И.В. Сталина временный период восстановления капиталистических отношений был успешно остановлен и осуществился переход к индустриализации.

В наших современных условиях идеологическая борьба постоянно ведётся, в том числе, и вокруг ленинской НЭП. Существуют деятели, утверждающие, что та экономическая политика, какая осуществлялась руководством Советской России и СССР в 1921-1927 годах, на самом деле и есть социализм. Якобы «рыночный социализм» или «социализм с человеческим лицом» особенным образом сочетают в себе какие-то «положительные» моменты капиталистического и социалистического укладов экономики. Также существует течение буржуазных социалистов, выступающих за «многоукладную экономику», при которой, якобы, будут одновременно присутствовать рабочая власть, государственная крупная промышленность и широкий частный сектор экономики с большим количеством малых и средних предприятий, занимающихся сферой услуг и другими отраслями экономики, не требующими государственного вмешательства.

Мы не будем называть или цитировать тех, кто распространяет подобные иллюзии. Тут важно понимать, что сколько-нибудь длительное существование «рыночного социализма» в любых его формах невозможно только лишь потому, что любое легальное наличие частной собственности на средства производства предполагает существование класса капиталистов, которые неизбежно будут планировать и пытаться осуществить попытки восстановления самого настоящего, не прикрытого «социалистической» ширмой капитализма. Крушение социализма в СССР – яркий тому пример.

Современный международный опыт, прежде всего Китая, который очень любят пропагандировать сторонники рыночного социализма, говорит о том, что нужно отслеживать тенденции. Нарастают ли капиталистические тенденции в экономике и общественных отношениях, или социалистическая основа укрепляется и способна обеспечить движение к социализму. К сожалению, в Китае этого нет. Более того, нет понимания осуществляемого отступления. Рынок выдается за путь к социализму, а перспектива социализма отодвигается на 100 лет. Более того, в партию допускаются капиталистические слои, т.е., хотят товарищи или нет, но классовая борьба идет внутри самой партии с очень неопределенными перспективами. Уроки ленинского НЭПа не усвоены должным образом, несмотря на красные знамена и пение Интернационала. Капиталисты для сохранения своего положения пойдут и на это.

 

ЛЕНИН О КОММУНИСТИЧЕСКОЙ НРАВСТВЕННОСТИ И ЛЕНИНСКИЕ СОВЕТЫ МОЛОДЁЖИ

«Мы говорим, что наша нравственность подчинена                                                                                                         вполне интересам классовой борьбы пролетариата»[121].
  
Прошлые и современные критики коммунистов, большевиков заявляют, что коммунисты отрицают всякую нравственность.  Например, руководство РПЦ занимает откровенную антисоветскую и ещё более категоричную антикоммунистическую позицию. Эту линию нынешний патриарх Кирилл, в миру гражданин Владимир Гундяев, проводит постоянно, целенаправленно, с использованием своих знаний и способностей, не гнушаясь прямой лжи и передергивания фактов. Так, в телевизионном цикле «Имя России» Гундяев, оппонируя Зюганову, представлявшему в этом цикле имя В.И. Ленина, заявил, что большевики якобы напрочь отрицали нравственность. Да и Великую Отечественную войну патриарх провозгласил наказанием, насланным господом богом на советский народ, якобы, за тяжкий грех безбожности. И Зюганов не смог или не захотел поставить завравшегося слугу божьего на место. А надо было указать, что, как раз наоборот – Ленин внес огромный вклад в проработку вопросов коммунистической этики, нравственности, морали, признавая нравственность служения трудящимся классам и отрицая нравственность, спущенную, якобы, сверху - от бога или извне общества.

В отношении этики марксизм с самого появления подчёркивал свои существенные отличия от учений социалистов-утопистов, для которых социалистическое общество должно было осуществиться в силу своего соответствия этическому идеалу справедливости. Во-первых, исторический материализм доказывает, что новое общество может наступить лишь в силу закономерного развития существующего общества и прежде всего — его производительных сил и производственных отношений. Во-вторых, из его положений следует, что никакой неизменной и внеклассовой морали существовать не может: в классовом обществе мораль всегда отражает положение и материальные интересы общественных классов.

Ленин, разоблачая иллюзии народников, писал: «Нельзя не признать поэтому справедливости утверждения Зомбарта, что "в самом марксизме от начала до конца нет ни грана этики": в отношении теоретическом – "этическую точку зрения" он подчиняет "принципу причинности"; в отношении практическом – он сводит её к классовой борьбе.[122]»

Но отрицание идеалистических и метафизических представлений о морали не означает отрицания марксистами морали вообще. Эпоха пролетарских революций, начало которой положено большевиками, поставила перед марксизмом насущную задачу: разъяснить сущность коммунистической морали — морали революционного пролетариата. Ленин решил этот вопрос в своей речи "Задачи союзов молодёжи"[123] на III Всероссийском съезде Российского Коммунистического Союза Молодёжи 2 октября 1920 года.

Ленин говорит:

"В каком смысле отрицаем мы мораль, отрицаем нравственность? В том смысле, в каком проповедовала её буржуазия, которая выводила эту нравственность из велений бога. Мы на этот счет, конечно, говорим, что в бога не верим, и очень хорошо знаем, что от имени бога говорило духовенство, говорили помещики, говорила буржуазия, чтобы проводить свои эксплуататорские интересы. Или вместо того, чтобы выводить эту мораль из велений нравственности, из велений бога, они выводили её из идеалистических или полуидеалистических фраз, которые всегда сводились тоже к тому, что очень похоже на веления бога.

Всякую такую нравственность, взятую из внечеловеческого, внеклассового понятия, мы отрицаем. Мы говорим, что это обман, что это надувательство и забивание умов рабочих и крестьян в интересах помещиков и капиталистов.

Мы говорим, что наша нравственность подчинена вполне интересам классовой борьбы пролетариата. Наша нравственность выводится из интересов классовой борьбы пролетариата.

...Для нас нравственность, взятая вне человеческого общества, не существует; это обман. Для нас нравственность подчинена интересам классовой борьбы пролетариата...

Мы говорим: нравственность - это то, что служит разрушению старого эксплуататорского общества и объединению всех трудящихся вокруг пролетариата, созидающего новое общество коммунистов"[124].

Эти ленинские выводы из положений марксистской теории не теряют важности и сегодня, когда противники и извратители марксизма, в том числе называющие себя коммунистами, пытаются смешать коммунистическую мораль с моралью религиозной. От них можно услышать, что Иисус Христос был первым коммунистом, что Кодекс строителя коммунизма и библейские заповеди —это почти одно и то же и т.д. При этом любое внешнее сходство коммунистической и религиозной морали вторично по отношению к противоположности их источников: в одном случае — это классовая борьба пролетариата, в другом — идеалистические представления, сформированные, в конечном счёте, господствующими классами или приспособленные господствующими классами под свои интересы.  Так первоначальный демократически-революционный дух раннего христианства официальная церковь свела к постулату смирения и терпения. А значит, практическое применение морали коммунистической и религиозной в конкретных ситуациях будет глубоко различным.

Разумеется, мораль старого общества сама собой не исчезнет с установлением диктатуры пролетариата, поэтому важнейшей задачей построения социализма Ленин видел сознательное воспитание коммунистической морали, прежде всего, среди молодёжи. Обращаясь к молодёжи, Ленин отмечает:

"Старое общество было основано на таком принципе, что либо ты грабишь другого, либо другой грабит тебя, либо ты работаешь на другого, либо он на тебя, либо ты рабовладелец, либо ты раб. И понятно, что воспитанные в этом обществе люди, можно сказать, с молоком матери воспринимают психологию, привычку, понятие — либо рабовладелец, либо раб, либо мелкий собственник, мелкий служащий, мелкий чиновник, интеллигент, словом, человек, который заботится только о том, чтобы иметь своё, а до другого ему дела нет. <...> Такой психологии и такого настроения у коммуниста быть не может. Когда рабочие и крестьяне доказали, что мы умеем своей силой отстоять себя и создать новое общество, вот здесь и началось новое коммунистическое воспитание, воспитание в борьбе против эксплуататоров, воспитание в союзе с пролетариатом против эгоистов и мелких собственников, против той психологии и тех привычек, которые говорят: я добиваюсь своей прибыли, а до остального мне нет никакого дела"[125].

Ленин призывает молодёжь учиться коммунизму. Но учиться, не просто читая книги, внимая каким-то речам и правилам в школе, а учиться через участие в практической борьбе:

"Вот в чем состоит ответ на вопрос, как должно учиться коммунизму молодое подрастающее поколение. Оно может учиться коммунизму, только связывая каждый шаг своего учения, воспитания и образования с непрерывной борьбой пролетариев и трудящихся против старого эксплуататорского общества. Когда нам говорят о нравственности, мы говорим: для коммуниста нравственность вся в этой сплоченной солидарной дисциплине и сознательной массовой борьбе против эксплуататоров. Мы в вечную нравственность не верим и обман всяких сказок о нравственности разоблачаем. Нравственность служит для того, чтобы человеческому обществу подняться выше, избавиться от эксплуатации труда"[126].

Молодым людям Ленин советует "...превращаться в сознательных людей в обстановке дисциплинированной отчаянной борьбы с буржуазией", подчинить этой борьбе и "связать с ней всякий шаг в своём учении, образовании и воспитании". И далее:

"Воспитание коммунистической молодёжи должно состоять не в том, что ей подносят всякие усладительные речи и правила о нравственности. Не в этом состоит воспитание. Когда люди видели, как их отцы и матери жили под гнетом помещиков и капиталистов, когда они сами участвовали в тех муках, которые обрушивались на тех, кто начинал борьбу против эксплуататоров, когда они видели, каких жертв стоило продолжить эту борьбу, чтобы отстоять завоёванное, каким бешеным врагом являются помещики и капиталисты, — тогда эти люди воспитываются в этой обстановке коммунистами. В основе коммунистической нравственности лежит борьба за укрепление и завершение коммунизма. Вот в чем состоит и основа коммунистического воспитания, образования и учения. Вот в чем состоит ответ на вопрос, как надо учиться коммунизму"[127].

Сегодня, в условиях отката общества к капитализму, гораздо сложнее обращаться к задаче воспитания коммунистической морали среди молодёжи. Тем не менее, многие молодые люди видят порочность буржуазной морали, ищут возможности что-то изменить в окружающем их обществе. Включить их в организованную борьбу пролетариата, в деятельность революционной партии и через это — по ленинским заветам — воспитать в них коммунистическую нравственность — важнейшая задача для современных коммунистов.

 

В.И. ЛЕНИН  О  СУЩНОСТИ  ИСКУССТВА,  ЕГО  ЗАДАЧАХ И  ФУНКЦИЯХ  ПРИ  СОЦИАЛИЗМЕ

 

Ленин и искусство… Тема необъятная и архиважная. Сразу перед глазами всплывает картинка: Владимир Ильич сидит, опершись головой на руку, и слушает «Аппассионату». Алексей Максимович Горький вспоминает слова Ильича: «Изумительная, нечеловеческая музыка. Я всегда с гордостью, может быть наивной, думаю: вот какие чудеса могут делать люди...»[128]. Бетховен, он весь – борьба, весь - революция, он был Ленину – о котором один противник сказал, что «он думает о революции 24 часа в сутки» – особенно близок. (Не только «Аппассионата», конечно, но и «Патетическая», и многое другое. Кстати, и некоторые шедевры Вагнера из тех, что тоже воплотили революционный порыв…) Но вождь пролетариата – прежде всего политик, всегда и во всём, поэтому Горький продолжает знаменитую цитату: «Но часто слушать музыку не могу: действует на нервы. Хочется милые глупости говорить и гладить по головкам людей, которые, живя в грязном аду, могут создавать такую красоту. А сегодня гладить по головкам нельзя – руку откусят, надо бить по головкам, бить безжалостно. Хотя мы, в идеале, против всякого насилия над людьми»[129].

Всё и всегда – через призму политики, призму революции – грандиозной переделки мира на началах справедливости. Недаром одну из четырёх статей о титане современной ему литературы он так и назвал: «Лев Толстой как зеркало русской революции». Недаром всю жизнь Владимир Ильич так ценил роман Чернышевского «Что делать?» (который, по его признанию, в юности его «глубоко перепахал»), и даже одну из важнейших своих работ Ленин так и назвал – «Что делать?»

Везде и всегда – и к литературе, и к искусству – классовый, пролетарский подход. «Партийная организация и партийная литература»: все средства воспитания нового человека – не только литература, но и искусство – должны быть «партийными», то есть выполнять классовую, идеологическую задачу. Как пример можно привести роман Горького «Мать», который Владимир Ильич высоко ценил как очень своевременную книгу, прекрасное средство воспитания рабочих, многие из которых участвовали «в революционным движении несознательно, стихийно, и теперь прочитают «Мать» с большой пользой для себя»[130]. С этой же точки зрения понятно знаменитое высказывание Ленина о том, что «… из всех искусств для нас важнейшим является кино» – не потому, что Владимир Ильич сам был, выражаясь современным языком, заядлым киноманом, а потому, что для полуграмотного (а в значительной части вовсе ещё неграмотного) населения России, и в городе, и прежде всего в деревне, кино было самым доступным и понятным из искусств. Самым прямо действующим и самым эффективным.

Задаче классового воспитания трудящихся служил и принятый в 1918 году знаменитый ленинский План монументальной пропаганды, сооружение памятников великим людям, великим революционерам планеты, где на первом месте стояли Маркс и Энгельс, и рядом с ними – революционеры, отдавшие жизни ради будущего освобождения человечества.

План прорыва к социализму отсталой России – знаменитая триада: «индустриализация, коллективизация, культурная революция». И третья часть – не менее важна, чем первые две: Ликбез (100-летие которого отмечалось недавно) наравне с ГОЭЛРО – это две руки, преобразующие действительность. Дома культуры (в том числе и при заводах), библиотеки, избы-читальни в деревнях, новые книги и кинофильмы – о революционерах, рабочих, строителях новой жизни – произведения, полные героики и великого оптимизма, идущего от революции и от личности самого Ленина, воплотившего её пролетарскую, рабочую сущность – всё это было не менее важно, чем новые заводы и трактора. (Хотя, конечно, это не базис, а надстройка, но такая надстройка, без которой новый базис не создашь.)

Да, это была важнейшая проблема: подъём культурного уровня народа, – прежде всего – рабочего класса, потому что полуграмотным, малокультурным людям социализм построить очень трудно, коммунизм – невозможно. При коммунизме все должны быть коммунистами, а, как известно, «коммунистом можно стать лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которое выработало человечество». Задача нелёгкая и, к сожалению, не быстро решаемая: «Годы и годы должны пройти, годы и годы мы должны учиться, потому что уровень культуры наших рабочих низок, рабочим трудно взяться за совершенно новое дело производства, – а только на одних рабочих мы и можем положиться в смысле искренности и энтузиазма»[131].  И как же упорно, по-хорошему жадно они учились – эти рабфаковцы, ученики вечерних школ, сегодняшние рабочие, завтрашние руководители производства! Не зря для рабочих и солдат были льготы при поступлении в высшие учебные заведения. Ленина чрезвычайно заботила проблема предотвращения отрыва руководителей от рабочей массы, поэтому всякая «кухарка» должна была учиться управлять государством, все рабочие и вся беднота поголовно – а для этого необходим высокий уровень культуры.

И ещё важная тема: при социализме творцы культуры перестали быть зависимы от рынка, от примитивного рыночного спроса публики, часто мещански-ограниченной, на их произведения. Теперь заказчиком выступало государство, гарантирующее творцу возможность работать без страха, что его произведение не будет востребовано – при условии, конечно, что оно талантливо, высокохудожественно и идейно, то есть направлено на воспитание коммунистичности в человеке.

Марксистско-ленинская наука об искусстве, развивавшаяся при Советской власти (и сейчас лучшими её представителями в мировом коммунистическом движении) во всех направлениях, была плодотворна. Высокоидейное искусство пролетарского социалистического реализма, созданного при направляющем участии ленинского гения, уходящее корнями в широкие массы рабочего класса и его союзников, в художественную самодеятельность этих масс – дало высочайшие образцы новой культуры (которые были поняты и прочувствованы советским народом). Вспомним хотя бы поэмы Маяковского «Владимир Ильич Ленин» и «Хорошо», «Поднятую целину» Шолохова, стихотворные шедевры военного времени Константина Симонова и Ольги Берггольц, скульптурные шедевры Веры Мухиной («Рабочий и колхозница», памятник П.И. Чайковскому возле московской Консерватории), Вучетича («Родина-мать», памятник Солдату-освободителю в Трептов-парке), шедевры живописи – «Поднимающий знамя» Коржева, «Оборона Севастополя» Дейнеки, «Новая Москва» и «Свадьба на завтрашней улице» Пименова, шедевры музыкальные – «Время, вперёд!» Свиридова, музыка к фильму «Овод» Шостаковича, «Вставай, страна огромная!» Александрова и Лебедева-Кумача (впрочем, великие советские песни – это совершенно особая тема), киношедевры – «Броненосец Потёмкин» Эйзенштейна, трилогия о Максиме Трауберга и Козинцева, «Цирк» Александрова с гениальной музыкой Дунаевского, «Всё остаётся людям», «Николай Бауман» – и ещё много, много, много высокого и прекрасного…

«Искусство принадлежит народу»[132] – знаменитая фраза Ленина. При Советской власти это было действительно так. Огромные (стотысячные, миллионные!) тиражи книг, прежде всего художественных, бесплатные библиотеки, трансляция знаменитых спектаклей по телевидению и радио, опять же широкая сеть кинотеатров и домов культуры – в СССР и других странах социализма были сделаны гигантские шаги для того, чтобы открыть доступ как можно большему количеству людей к благам культуры, создать им условия для самообразования и саморазвития. Несомненно, именно в этом была высшая цель Социалистической революции: дать рабочему классу и его союзникам не только необходимые материальные блага, но и огромное интеллектуальное богатство, созданное человечеством. Нет в прошлом примера более высокого гуманизма!

Сейчас, при временном возврате к капитализму, культурный уровень населения падает, уже упал до совершенно позорного состояния. На новом историческом витке после новой – Социалистической, Коммунистической – революции потребуется новая культурная революция, и будущим строителям социализма необходимо взять на вооружение ленинские установки и опыт предшественников. Да и сегодня настоящие мастера искусства работают на просвещение, на развитие борьбы народа, на революцию.

ЛЕНИН КАК СОЗДАТЕЛЬ КОМИНТЕРНА. ИСТОРИЧЕСКАЯ РОЛЬ КОМИНТЕРНА И ЕГО УРОКИ ДЛЯ НАСТОЯЩЕГО ВРЕМЕНИ

 
«Бывают моменты, обязывающие поставить вопрос в упор и назвать вещи их настоящим именем, под угрозой причинения непоправимого зла и партии, и революции»[133]

Как известно, до начала Первой мировой войны в рядах II Интернационала, созданного при активнейшем участии самого Энгельса, в который входили и российские социал-демократы (большевики, меньшевики и группа Троцкого, не входившая ни в ту, ни в другую партию), на первый взгляд доминировала революционно-интернационалистская позиция. По крайней мере, на словах все были интернационалистами. На своих довоенных конгрессах партии II Интернационала принимали правильные резолюции, провозглашавшие осуждение всех сторонников развязывания империалистической войны, отказ в военных кредитах всем правительствам, намеревавшимся развязать войну, а если её не удастся предотвратить, то использовать вызванный ею кризис в целях борьбы за социальную революцию.

Однако, с началом Первой мировой войны в социал-демократических партиях воюющих стран возобладала противоположная позиция. Лишь меньшинство осталось интернационалистами на деле. Большинство же, включая авторитетных лидеров Интернационала, призвало рабочих к поддержке «собственных правительств» в этой войне. В том числе, в этом большинстве оказались и признанные теоретики рабочего движения, пропагандисты марксизма, например, Г.В. Плеханов.

Как же так получилось? Почему видные деятели рабочего движения оказались в лагере оппортунистов? Прежде всего, потому, что в их позиции возобладал именно оппортунизм, приспособленчество. Они чётко улавливали настроения отсталых масс воюющих стран – а эти настроения были, конечно, патриотическими, шовинистическими. Обыватель во всех враждующих странах требовал, особенно поначалу, войну до победного конца. И эти деятели оказались в хвосте обывательских настроений. Они приспособились к ним и пошли за ними, фактически поддержав буржуазию своей страны, вместо того, чтобы повести массы за собой на свержение этой буржуазии. Сказалось и многолетнее пребывание этих лидеров на тёплых местах в парламентах своих стран, что явно не способствовало революционной позиции. Из парламентариев против войны и военных кредитов проголосовали только большевики, вся фракция которых в составе шести депутатов была отправлена в Сибирь, болгарские тесняки -     Болгарская рабочая социал-демократическая партия (тесных социалистов), и один депутат немецкого рейхстага Карл Либкнехт (голосовал в противовес всей оппортунистической фракции социал-демократов).

Меньшинство, оставшееся на позициях пролетарского интернационализма, революционного марксизма, решило сплотиться, для чего собралось на свою, отдельную конференцию в Циммервальде – швейцарской горной деревушке. Их было всего 38 человек из 11 стран. Наиболее представительной делегаций была российская – 12 человек во главе с Лениным.

Но и здесь, среди вроде бы только интернационалистов, обнаружились разногласия. В ходе прений, и в первую очередь по вопросу об отношении к «социал-шовинизму» большинства II Интернационала, обнаружились свои «левые», «правые» и «центристы». Левые, среди которых были российские большевики Ленин и Зиновьев, видели невозможность пребывания в общей организации с социал-шовинистами и настаивали на организационном разрыве с ними. Категорически против такого разрыва было правое крыло циммервальдцев, лелеявшее надежду, что после войны всё образуется, и все снова станут дружно работать в едином Интернационале. Центристы, среди которых было большинство российской делегации (меньшевики, троцкисты, эсеры и другие), тоже выступили против разрыва. Основным их аргументом был страх ослабления своих партий и Интернационала в целом из-за неизбежных серьёзных кадровых потерь.  Причём в сложившейся ситуации левые наверняка останутся в меньшинстве.  Т.е. это был тоже род оппортунизма, предпочитавшего организационное единство без идеологического. Эти товарищи не воспринимали мысль, что это «единство» - гнилое, беспринципное, что оно вовсе не усиливает марксистскую партию, а лишь ослабляет её, размывая её идеологию. Недаром как раз в 1914 году по похожему поводу Ленин высказал свою чеканную мысль, весьма актуальную и сегодня: «Единство — великое дело и великий лозунг! Но рабочему делу нужно единство марксистов, а не единство марксистов с противниками и извратителями марксизма»[134].

Кроме того, центристы, конечно, так же, как и правые, не понимали и не поддерживали лозунг поражения своего правительства в империалистической войне. Некоторые из них прямо высказывали страх перед неизбежными репрессиями за такой непримиримый антиправительственный лозунг.

Таким образом, большинство делегатов предпочло принять «пацифистский» проект, написанный Л.Д. Троцким в духе примиренчества, без острых углов.

Левое же крыло, получившее название «циммервальдская левая», во главе с В.И. Лениным, и объединившее 8 делегатов конференции, отстаивало марксистский лозунг «превращения империалистической войны в войну гражданскую», считало необходимым подчеркнуть, что прочный мир может обеспечить только социальная революция, и настаивало на решительном разрыве с большинством II Интернационала. Эта левая группа заявила о намерении вести самостоятельную работу в международном масштабе и пропагандировать свои взгляды. В дальнейшем по инициативе В.И. Ленина именно на базе Циммервальдской левой и был создан в 1919 году, уже после свершения Великой Октябрьской социалистической революции в России, Третий, Коммунистический Интернационал. По определению Ленина - «союз рабочих всего мира, стремящихся к установлению Советской власти во всех странах»[135]. Таким образом, Коминтерн был основан 2 марта 1919 года для развития и распространения идей революционного интернационального социализма, в противовес реформистскому социализму Второго интернационала, окончательный разрыв с которым был вызван различием позиций относительно Первой мировой войны и Октябрьской революции в России.

Надо сказать, что при проведении первого съезда коммунистических и левых социал-демократических партий и групп, когда обсуждался вопрос об учреждении такой организации как Коммунистический Интернационал, некоторыми делегатами высказывалась точка зрения о преждевременности создания такого объединения по причине слабости коммунистического движения.  Тогда эта точка зрения не нашла поддержки у участников съезда, и Интернационал был учреждён. Напоминаем об этом в связи с тем, что подобная точка зрения высказывается и сейчас. Но в отличие от ситуации 1919 года, сейчас это сомнение более обосновано, поскольку сегодня нет партии теоретического уровня и силы большевиков, тем более находящейся у власти. Тем не менее, революционные марксистские коммунистические партии придерживаются мнения, что работу по всесторонней подготовке к созданию нового Коминтерна следует вести уже сейчас.

Владимир Ильич принимал самое активное участие в работе Коминтерна, разрабатывал основные принципы его деятельности. Так, на I Конгрессе был решён ряд организационных вопросов, а именно, в основу организационной структуры Коминтерна был положен принцип демократического централизма и равного права партий-участниц на полноценное представительство. На основе доклада Ленина были приняты тезисы об идеологической платформе Коминтерна, включающие в себя цель - установление диктатуры пролетариата в форме власти Советов депутатов трудящихся. Основным методом достижения этой задачи была названа классовая борьба, с перспективой выхода на путь, в том числе, вооружённого восстания. В решениях I Конгресса чётко указано на необходимость борьбы с оппортунизмам и ревизионизмом  Второго интернационала и решительного размежевания с ним революционных сил.

На II Конгрессе (1920 год) был принят Устав Коминтерна, в котором это объединение рассматривалось как единая международная партия с железной дисциплиной. В качестве условий вступления в Коминтерн были приняты знаменитые ленинские «Двадцать одно условие», которые сегодня мы рассматриваем как ориентир, к достижению которого должны стремиться подлинно марксистские коммунистические партии. На этом конгрессе Ленин сделал доклад «О положении в мире и задачах Коминтерна», на основе которого ближайшими задачами Коминтерна было определено создание в каждой стране единой коммунистической партии, которая сочетает легальные и нелегальные методы борьбы. Конгресс избрал Исполком Коминтерна, в который, в частности, от России наряду с другими известными коммунистическими деятелями вошли В.И. Ленин и И.В. Сталин.

На III Конгрессе в 1921 году Ленин выступал несколько раз по ряду вопросов[136]. В частности, он выступил с критикой своих оппонентов из т.н. «Рабочей оппозиции», с позиций которых выступила тов. Коллонтай. Конгресс по этому вопросу, как и по другим, согласился с мнением Ленина.

III конгресс также принял решение о создании Международного объединения красных (революционных) профсоюзов, которое должно было стать альтернативой «жёлтым» социал-демократическим профсоюзам. Учредительный съезд Профинтерна прошёл в июле 1921 года в Москве.

IV Конгресс (1922 год) был последним, в работе которого участвовал Владимир Ильич. К этому времени революционное коммунистическое движение сильно выросло и окрепло. В работе конгресса приняло участие уже 408 делегатов от 66 организаций из 58 стран мира. В докладе Ленина «Пять лет российской революции и перспективы мировой революции»[137] был дан научный анализ тактики коммунистической партии в условиях спада революционной волны. На примере НЭПа в России Ленин показал, как следует использовать временное отступление для подготовки нового наступления на капитализм.

В условиях зарождения фашистской угрозы и связанной с этим неизбежности войны Конгресс признал основным приоритетом для коммунистического движения мира на данном этапе защиту Советской России от этой угрозы, т.к. именно Советская страна стала основной базой для развития рабочего и освободительного движения во всём мире.

В дальнейшем, после смерти Владимира Ильича, роль идейного вдохновителя работы Коминтерна перешла к Иосифу Виссарионовичу Сталину, который достойно продолжил дело своего учителя.

Историческую роль Коммунистического Интернационала мы подробно проанализировали на прошлогодней международной конференции в Москве, посвящённой столетию Коминтерна. Материалы этой конференции опубликованы на сайте РКРП и в специальном номере теоретического журнала РКРП «Советский Союз». Кратко напомним, что наша партия  на основании  реальных  фактов считает основными заслугами Коминтерна  следующее:

  1. Коминтерн выполнил свою историческую роль в сплочении революционных марксистских сил разных стран в борьбе против ревизионизма Второго Интернационала.
  2. Коминтерн выполнил свою историческую роль в создании и укреплении коммунистических партий в большинстве стран мира. Эти партии смогли за исторически короткий период стать могучей силой, возглавившей рабочее движение в своих странах для борьбы с капитализмом.
  3. Коминтерн выполнил свою историческую роль в организации всеобщей борьбы народов против фашизма. Он стал главным врагом фашизма, что сами фашисты полностью признали, назвав свой блок «Антикоминтерновским». Повсеместно отряды Сопротивления были организованы именно партиями Коминтерна. Именно совместными усилиями этих партий – и прежде всего, ВКП(б) – фашизм был побеждён, коричневая чума стёрта с лица Земли на долгие годы.
  4. Коминтерн даже после прекращения своей деятельности сыграл свою роль в том, что социализм после победа над фашизмом вышел за рамки одной страны, именно под руководством коммунистических партий победили социалистические революции в ряде стан Европы и Азии, а затем и на Кубе, и была создана мировая система социализма.
  5. Коминтерн сыграл большую роль и в том, что его история, его решения, его тактика в различных меняющихся конкретных условиях для нас, современных коммунистов, являются важнейшим уроком подлинно марксистского, научного подхода к решению разнообразных политических, теоретических и тактических задач. Мы должны снова и снова подвергать всестороннему анализу деятельность Коминтерна и его идейных вдохновителей и руководителей – Ленина и Сталина – и учиться на богатейшем опыте наших предшественников, воплощая в жизнь великий лозунг Манифеста коммунистов:

«Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

РОЛЬ ЛЕНИНА В МИРОВОМ КОММУНИСТИЧЕСКОМ ДВИЖЕНИИ И ЕГО УРОКИ ДЛЯ СОВРЕМЕННЫХ КОММУНИСТОВ

 

Пробуждение людей труда

В.И. Ленин для нас, коммунистов, и для всего трудящегося и эксплуатируемого народа велик не только потому, что под его руководством свершилась Великая Октябрьская социалистическая революция, не только потому, что он более всех россиян известен в мире и более всех повлиял в прогрессивном направлении на судьбы мира, а и потому, что мы и сегодня советуемся с ним и находим ответы на актуальные вопросы нашей жизни и борьбы.

Что главное в Ленине и в ленинизме? Гениальное теоретическое предвидение? Или его выдающиеся организаторские способности и революционная практика? А может быть его пылкость и беззаветная преданность революции?

Думаем, что главное – это его целеустремлённость в постановке и достижении главной цели его жизни – освобождение людей труда и безграничная убежденность в силе рабочего класса.

С одной стороны, эта убежденность основывалась на очень простом и понятном человеческом сознании справедливости, которое как мы упоминали, ещё юный Владимир Ульянов высказал словами: «… пробуждение человека «в коняге» – то есть пробуждение человеческих начал в людях, которых мир наживы превращает в товар – рабочую силу и орудия производства. Это такая гигантская задача, что «… для её решения законны любые жертвы».

Этому пробуждению Ленин посвятил всю свою жизнь. Причём он рассматривал это пробуждение не просто как задачу оракула – разбудить, чтобы проснулись и осознали, что так жить нельзя. И даже не как миссию пророка – открыть глаза народу после пробуждения и вывести на правильный путь. А как задачу хотя и великого масштаба, но сугубо практическую – пробудить и организовать пробудившихся для сегодняшней и будущей работы и борьбы. Он давал как бы завет для прорабов революции:

«Первая обязанность тех, кто хочет искать «путей к человеческому счастью» – не морочить самих себя, иметь смелость признать откровенно то, что есть.

И когда идеологи трудящегося класса поймут это и прочувствуют, – тогда они признают, что «идеалы» должны заключаться не в построении лучших и ближайших путей, а в формулировке задач и целей той «суровой борьбы общественных классов», которая идёт перед нашими глазами в нашем капиталистическом обществе; что мерой успеха своих стремлений является не разработка советов «обществу» и «государству», а степень распространения этих идеалов в определённом классе общества; что самым высоким идеалам цена – медный грош, покуда вы не сумели слить их неразрывно с интересами самих участвующих в экономической борьбе, слить с теми «узкими» и мелкими житейскими вопросами данного класса вроде вопроса о «справедливом вознаграждении за труд …»[138].

Как организатор рабочего движения и практик революции в этом высказывании Владимир Ильич подчёркивает важность организации борьбы самих трудящихся, начиная с борьбы за самые ближайшие цели: за заработную плату, за рабочее место, за условия труда, то есть борьбы за собственное человеческое достоинство.

Как теоретик Ленин обосновал свою уверенность в роли и силе рабочего класса чеканной формулой: Марксист лишь тот, кто признает необходимость диктатуры пролетариата, поэтому рассуждения об исчерпанности лимита на революции просто смешны.

Ленин беспощадно высмеивал тех горе-революционеров, которые старались уйти от жёстких слов о диктатуре, пытались подменить правду непримиримой классовой борьбы призывами к победе через развитие демократических процедур, выражаясь таким образом: «Диктатура пролетариата есть единственный шаг к равенству и демократии на деле, не на бумаге, а в жизни, не в политической фразе, а в экономической действительности». И далее, наверное, специально для проповедников пути достижения цели через «честные выборы», Ильич добавлял: «Только негодяи или дурачки могут думать, что пролетариат сначала должен завоевать большинство при голосованиях, производимых под гнётом буржуазии, под гнётом наёмного рабства, а потом должен завоёвывать власть. Это верх тупоумия или лицемерия, это – замена классовой борьбы и революции голосованиями при старом строе, при старой власти»[139] (ПСС, т.39, Стр. 217-219).

Сегодня в мире достаточно много партий, называющих себя коммунистическими, но отказавшихся от признания диктатуры пролетариата, отговариваясь изменившимися условиями и появившимися условиями демократии. Наверное, они имеют право на существование, но никак не могут претендовать на звание марксистских и ленинских. Для таких Лениным сказано давно и явно навсегда: «…Мы над теми, кто относится отрицательно к диктатуре пролетариата, смеёмся и говорим, что это глупые люди, не могущие понять, что должна быть либо диктатура пролетариата, либо диктатура буржуазии. Кто говорит иначе – либо идиот, либо политически настолько неграмотен, что его не только на трибуну, но и просто на собрание пускать стыдно»[140].

Это теоретическое расхождение на практике отличает коммунистов от оппортунистов и социал-демократов. Они различны именно своим отношением к трудящимся. Социал-демократы, которые так же, как коммунисты, во многом выражают, точнее - высказывают на словах, интересы трудящихся, всё-таки борются не за власть трудящихся, а за власть своих представителей, которые, якобы, будут проводить политику в интересах трудящихся, если последние за них проголосуют. Что выходит на практике – хорошо известно из примеров многолетних заседаний в парламентах как отечественных, так и зарубежных, парламентских оппозиционеров. Господа в галстуках за хорошую зарплату на словах защищают интересы народа, сетуя на нехватку голосов и призывая лучше проголосовать за них на следующих честных выборах, при этом не нанося существенного ущерба существующей системе и классу частных собственников.

Коммунисты же руководствуются строчками пролетарского гимна:

Никто не даст нам избавленья:                                                                                                                                                                 Ни бог, ни царь и ни герой

Добьемся мы освобожденья                                                                                                           Своею собственной рукой.

Эту собственную руку организовать в один миллионнопалый рабочий кулак, по образному выражению Маяковского, может только коммунистическая партия как партия рабочего класса. Это смогли сделать большевики под руководством Ленина, и государственную власть они понимали не просто как власть для трудящихся, а как власть самих трудящихся для трудящихся. Эта власть, по сути - диктатура пролетариата – была реализована российским пролетариатом в форме Советов не потому, что их изобрели большевики, а потому, что эту форму нашли сами рабочие в ходе стачечных боёв 1905 – 1917 годов. Большевики же во главе с Лениным, уловив органическое соответствие этой формы власти объективной организации людей в процессе труда, включили её в свою программу, заявив, что «основной избирательной единицей и основной ячейкой государства становится не территориальный округ, а производственная единица (завод, фабрика)».

Эту мысль Ленин, может быть, образнее и понятнее для масс, чем в Программе партии, высказал в работе, написанной в отчаянно сложные для страны дни осенью 1917 года: «Мы не утописты. Мы знаем, что любой чернорабочий и любая кухарка не способны сейчас же вступить в управление государством. В этом мы согласны и с кадетами, и с Брешковской, и с Церетели. Но мы отличаемся от этих граждан тем, что требуем немедленного разрыва с тем предрассудком, будто управлять государством, нести будничную, ежедневную работу управления в состоянии только богатые или из богатых семей взятые чиновники. Мы требуем, чтобы обучение делу государственного управления велось сознательными рабочими и солдатами и чтобы начато было оно немедленно, т.е. к обучению этому немедленно начали привлекать всех трудящихся, всю бедноту»[141].

При этом Ленин не только безгранично верил в потенциал людей труда, но и видел в них высший суд над самими членами партии. В период чисток РКП(б) он указывал: «Трудящаяся масса с величайшей чуткостью улавливает различие между честными и преданными коммунистами и такими, которые внушают отвращение человеку, в поте лица снискивающему себе хлеб, человеку, не имеющему никаких привилегий, никаких «путей к начальству»»[142].

Ленин верил в возможности пробужденного «из коняги» человека, в безграничный потенциал его интеллектуального роста. В своей знаменитой фразе о мозге нации в переписке с А.М. Горьким он писал: «Интеллектуальные силы рабочих и крестьян растут и крепнут в борьбе за свержение буржуазии и её пособников, интеллигентиков, лакеев капитала, мнящих себя мозгом нации. На деле это не мозг, а г...»[143]. Сегодня, глядя на так называемую творческую интеллигенцию и интеллигентствующих чиновников госслужбы, ещё недавно восхвалявших дорогого Леонида Ильича и славивших КПСС как ум, честь и совесть эпохи, а ныне столь же рьяно воспевающих рынок и частную собственность, понимаешь, насколько прав был Владимир Ильич, неоднократно подчёркивающий, что только рабочий класс и его ближайшие союзники, перешедшие на сторону пролетариата, могут быть опорой партии: «Руководить трудящимися и эксплуатируемыми массами может только класс, без колебаний идущий по своему пути, не падающий духом и не впадающий в отчаяние на самых трудных, тяжёлых и опасных переходах. Нам истерические порывы не нужны. Нам нужна мерная поступь железных батальонов пролетариата»[144].

Ленин оптимистически настаивал на том, что «Победа будет на стороне эксплуатируемых, ибо за них жизнь, за них сила числа, сила массы, сила неисчерпаемых источников всего самоотверженного, идейного, честного, рвущегося вперёд, просыпающегося к строительству нового, всего гигантского запаса энергии и талантов так называемого «простонародья», рабочих и крестьян. За ними победа»[145].

Как диалектик Ленин прекрасно понимал важность начала: начало – есть неразвитый результат. Поэтому справедливо и судьбоносно звучат его слова: «Мы это дело начали. Когда именно, в какой срок, пролетарии какой нации это дело доведут до конца, — вопрос несущественный. Существенно то, что лёд сломан, что путь открыт, дорога показана»[146].

Подводя черту под этими несомненными свидетельствами ленинской убеждённости в силе, мудрости и окончательной исторической победе рабочего класса, возвращаясь к сегодняшнему дню и отвечая на вопрос – что делать? – РКРП отвечает: надо идти вперед на ленинские позиции в коммунизме. Надо соединяться со своим классом и выводить трудящиеся массы как на борьбу за экономические интересы, так и на широкую политическую борьбу. Для этого создан и продолжает строиться Российский Объединённый Трудовой Фронт (РОТ ФРОНТ). РОТ ФРОНТ уже действует по ленинскому плану пробуждения человека, и именно поэтому власть так скрежещет зубами и всячески преследует Фронт трудящихся, то препятствуя его регистрации, то лишая её регистрационного статуса. Этот заслон мы рано или поздно пробьём, тем более что регистрация для нас далеко не главный вопрос.

Сегодня, в дни памяти Владимира Ильича, мы будем руководствоваться его заветом о том, что «Будет революция или не будет – зависит не только от нас. Но мы своё дело сделаем, и это дело не пропадёт никогда»[147].

Наше дело – пробуждение людей труда. И оно будет выполнено. Хочется закончить словами пролетарского поэта: «Товарищ Ленин, работа адовая будет сделана и делается уже».

ЦК РКРП-КПСС, Идеологическая комиссия Центрального комитета

Апрель 2020 г.

[1] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 1, стр. 403.

[2] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 1, стр. 341.

[3] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 23, стр. 47.

[4] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 4, стр. 183-184.

[5] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 8, стр. 367.

[6] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33, стр. 34.

[7] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 25, стр. 79.

[8] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 6, стр. 386-387.

[9] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 1, стр. 403.

[10] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 5, стр. 8.

[11] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 5, стр. 11.

[12] Сталин И.В. Соч. Т. 6, стр. 170.

[13] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 6, стр. 127.

[14] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 7, стр. 290.

[15] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 8, стр. 245.

[16] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 416.

[17] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 22. С. 237.

[18] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 42, стр. 58.

[19] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 346.

[20] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 26, стр. 247-248.

[21] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 17, стр. 22.

[22] https://mirznanii.com/a/182012-24/kprf-segodnya-24/

[23] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33, стр. 116.

[24] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 14, стр. 35.

[25] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 8, стр. 392-393.

[26] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36, стр. 481.

[27] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 6, стр. 22.

[28] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 8, стр. 305.

[29] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 14.

[30] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31, стр. 105.

[31] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 9, стр. 290-291.

[32] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 123.

[33] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 42, стр. 249.

[34] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 45, стр. 118.

[35] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 40, стр. 24.

[36] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 26, стр. 218.

[37] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 23, стр. 301.

[38] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34, стр. 382-383.

[39] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 9, стр. 201-202.

[40] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 9, стр. 204.

[41] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34, стр. 383.

[42] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 11, стр. 336-338.

[43] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 11, стр. 339-344.

[44] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 13, стр. 369-377.

[45] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34, стр. 242-247.

[46] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 14, стр. 1-12.

[47] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 45, стр. 290.

[48] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 12, стр. 145.

[49] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 29, стр. 162.

[50] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 131.

[51] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 359.

[52] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 361.

[53] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 365.

[54] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 275.

[55] Маркс К., Энгельс Ф.  Соч. 2-е изд. Т. 21. стр. 286.

[56] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 137.

[57] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 238.

[58] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 241.

[59] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 23, стр. 43.

[60] Ильенков. Э.В. Ленинская диалектика и метафизика позитивизма; Диалектика идеального. М.: «Мир философии», 2015.  стр. 121.

[61] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18, стр. 306.

[62] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33, стр. 1-120.

[63] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33, стр. 25.

[64] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33, стр. 35.

[65] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 26, стр. 351-355.

[66] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34, стр. 315.

[67] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 38, стр. 238.

[68] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31, стр. 115.

[69] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 37, стр. 257.

[70] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34, стр. 313.

[71] Там же.

[72] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 38, стр. 239.

[73] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 8. С. 91-92.

[74] https://kprf.ru/party/program

[75] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 18.

[76] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 12, стр. 206-207.

[77] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 12, стр. 159.

[78] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 42.

[79] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 49.

[80] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 18.

[81] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 40, стр. 20-21.

[82] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 30, стр. 44.

[83] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 30, стр. 39.

[84] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 26, стр. 307-350.

[85] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 40, стр. 43.

[86] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 23, стр. 54.

[87] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 39, стр. 1-29.

[88] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36, стр. 409.

[89] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 33.

[90] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33, стр. 89.

[91] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33.

[92] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33, стр. 24.

[93] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36, стр. 196.

[94] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 22, стр. 173.

[95] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 26, стр. 354.

[96] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 30, стр. 133.

[97] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 27, стр. 385.

[98] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 27, стр. 423.

[99] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 23, стр. 301.

[100] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36, стр. 19.

[101] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 54, стр. 89.

[102] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 123.

[103] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 38, стр. 199.

[104] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 30.

[105] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 39, стр. 380.

[106] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 30.

[107] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 124.

[108] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 171.

[109] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 173.

[110] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 43, стр. 327.

[111] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 54, стр. 88.

[112] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 50, стр. 238.

[113] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36, стр. 282.

[114] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 50, стр. 70.

[115] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 45, стр. 53.

[116] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 398.

[117] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 40, стр. 63.

[118] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 205.

[119] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 163.

[120] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 164.

[121] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 309.

[122] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 1, стр. 440-441.

[123] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 298-318.

[124] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 309-313.

[125] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 312.

[126] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 312-313.

[127] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41, стр. 313.

[128] https://www.sovtime.ru/rulers/lenin/gorky-lenin

[129] Там же.

[130] Там же.

[131] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 45, стр. 251.

[132] https://dslov.ru/pos/p939.htm

[133] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35, стр. 343.

[134] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 25, стр. 79.

[135] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 38, стр. 230.

[136] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44.

[137] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33, стр. 394.

[138] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 1, стр. 407-408.

[139] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 39, стр. 217-219.

[140] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 38, стр. 56.

[141] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34, стр. 15.

[142] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 122.

[143] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 51, стр. 47.

[144] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36, стр. 208.

[145] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35, стр. 34.

[146] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44, стр. 150.

[147] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 22, стр. 173.