ПРОМЕЖУТОЧНЫЕ ИТОГИ КАРАНТИНА В КАЗАХСТАНЕ: СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Прошло семь месяцев с начала введения карантина в Казахстане в связи с пандемией коронавируса. Он был введён почти с самого начала официального появления эпидемии нового вида коронавируса в Казахстане. Тогда, в марте этого года, несмотря на то, что заразившихся этим вирусом в стране по статистике было минимальное количество, власти объявили самый жёсткий карантин, по примеру других стран, в частности, Китая, где тогда число заболевших было относительно большим, а также режим чрезвычайного положения, ограничивающий конституционные права граждан на свободу передвижения. Затем, после отмены ЧП, рост заболеваемости резко возрос, но карантин не стали опять ужесточать так же, как в марте.

Весенний жёсткий карантин нанёс большой ущерб экономике страны и благосостоянию населения — было закрыто полностью или частично множество предприятий, часть работников переведено на дистанционную работу. Многочисленные эксперты продолжают гадать, оценивая ущерб, нанесённый этими мерами бизнесу, гражданам и ВВП. Много денег ушло из бюджета на оплату пособий сотням тысяч потерявших работу, на лечение заболевших новым видом коронавируса и компенсации медикам, на обработку объектов.

В результате всего этого упал жизненный уровень населения. Те, кто получил пособия, до сих пор не вышли на прежний уровень доходов, при этом среди них оказалось много таких, кто на самом деле не нуждался в этих деньгах, а лишь воспользовался ситуацией для получения дополнительного дохода. В то же время сотни тысяч тех, кто реально нуждался в помощи, ничего не получили, либо получили очень мало, так как пособия были незначительными, а в получении их были большие проблемы у многих из-за бюрократии и плохой организации работы социального обеспечения, в частности, в техническом плане. Это касается пособий в 42500 тенге, компенсаций за коммунальные услуги, продуктовых пакетов (части граждан их заменили на выплаты по 5,5 тысяч тенге), помощи в размере 50000 тенге от специально созданного фонда).

Так, для получения выплат за коммунальные услуги гражданам необходимо было предоставить документы о том, что они являются собственниками жилья и квитанции по комуслугам, таким образом их не смогли получить арендаторы жилья, не имеющие собственного жилья, многие из которых тоже оплачивают комуслуги, а также те, кто оплачивает комуслуги в КСК, а не через единую систему, например, это жильцы некоторых приватизированных общежитий, которые почему-то до сих пор не были подключены к оплате через соответствующие службы.

Продуктовые пакеты же размером в 5 тысяч тенге — это помощь, равная одному-двум походам в магазин с покупкой еды максимум на неделю. Помощь из фонда распределялась по непонятному принципу, например, её не получили инвалиды и пенсионеры. Система социального обеспечения Казахстана, как всегда, показала свою несостоятельность и нежелание буржуазно-олигархического государства исполнять свои функции, провозглашённые в конституции как социального государства, каковым, оно, конечно, не является. Это касается и системы здравоохранения — больницы не справлялись с большим числом заражённых, вследствие чего людям, обратившимся с подозрением на коронавирус, стали советовать самим лечиться дома, даже не установив им диагноз.

Многие виды бизнеса понесли значительные убытки, были созданы и большие неудобства гражданам, потребляющим их услуги. В частности, кинотеатры жаловались, что в результате карантина практически разорились. Резко сократились доходы общепита, который долго работал только на доставку, и до сих пор продолжает работать с ограничениями. Потерпел убытки и общественный транспорт, который и без того в значительной мере находится в плачевном состоянии, не удовлетворяя достаточно пассажиров своей работой, качеством услуг и состоянием техники.

По некоторым данным, экономические последствия карантина будут видны полностью лишь в следующем году. Уже наблюдается ускорение инфляции, рост цен, при этом, видимо, таким слоям населения, как пенсионеры, инвалиды и другие придётся и вовсе забыть о повышении пенсий и пособий, которое они и так почти не видели уже много лет.

Всё это говорит о грядущем повышении недовольства населения уровнем жизни, ростом социальной напряжённости и даже преступности. Несмотря на это власти ещё запугивают народ возможностью повторного жёсткого карантина (локдауна). О его возможности высказываются различные мнения — кто-то считает, что он возможен и даже весьма вероятен, а другие утверждают, что власти не решатся на такой шаг, так как экономика не сможет его выдержать, а говоря о возможности повторения локдауна, подобного весеннему, власть пытается таким образом повлиять на население так, чтобы оно соблюдало санитарные правила.

При этом официальная статистика заболеваемости показывает, что её рост по сути остановился с первой половины августа, хотя понятно, что реальное число заразившихся больше, но далеко не все люди протестированы, в частности по причине высокой стоимости тестирования. Вопросы вызывает и методика подсчёта заболеваемости — сначала она не учитывала диагнозы пневмонии неустановленного происхождения (большая часть случаев, похожих на коронавирус, не поддаётся точному диагнозу), затем минздрав объявил, что объединит эти данные с подтверждёнными случаями, но в итоге случаи пневмонии с неподтверждённым коронавирусом стали публиковать в виде отдельных цифр, а в половине публикаций их игнорируют. После появления таких диагнозов наблюдался резкий рост их числа, но потом он также приостановился.

Также разные мнения сложились и по поводу самого коронавируса и необходимости карантина. Некоторые полагают, что заболевание серьёзное и реальное, другие считают, что оно не более серьёзно, чем обычный грипп, или вовсе фикция, продукт заговора. Конспирологи и сторонники теории заговора отчасти правы, так как власти, по всей видимости, используют карантин для ограничений митингов. Среди тех, же, кто признаёт реальность вируса, есть те, кто считает, что следовало ограничиться мягкими мерами или их отсутствием, как было в Белоруссии, Швеции, Туркмении и других странах. Также есть мнение, что маски не столько спасают от вируса, сколько наносят вред здоровью. При этом тысячи граждан и предприятий были арестованы и оштрафованы на большие суммы за нарушение карантина. Объекты бизнеса также испытывали трудности в связи с необходимостью наладить правила, установленные санврачами для их открытия. Также гражданам за высказывание своего мнения о коронавирусе и карантине грозит уголовная ответственность.

Значительную часть заразившихся, заболевших и умерших от вируса составили врачи и другие работники медицинской сферы. Государство, как обычно бывает у нас, с трудом справлялось с выплатой назначенных им компенсаций, и часть врачей в итоге выступила с заявлением о том, что они так и не получили их. В завершение министр здравоохранения объявил, что в медучреждениях созданы все условия и теперь компенсации медикам из республиканского бюджета выплачиваться не будут, а «меры поддержки впредь будут оказываться за счёт средств медорганизации или профсоюзных организаций, а также средств местных исполнительных органов», вследствие чего, надо полагать, пострадают возможности медучреждений по оказанию услуг населению (снижение качества здравоохранения), а также акиматы будут сокращать обычные свои расходы, тратя деньги на эти меры поддержки, в результате чего ухудшится качество жизни населения, касающееся здравоохранения, благоустройства населённых пунктов, строительства жилья, дорог и т. д.

Таким образом, мы наблюдаем по сути начало нового кризиса, который приведёт к ухудшению жизни народа и усилению протестных настроений. Это особенно интересно в связи с тем, что на 10 января назначены первые за 16 лет не досрочные выборы в Мажилис. Ясно, что по причине карантина, а также в связи с тем, что это первые выборы в парламент после официального ухода Назарбаева с поста президента, в этот раз будет меньше людей, которые проголосуют за Нур Отан, да и вообще тех, кто будет голосовать. Поэтому будет интересно, как в этот раз власти будут фальсифицировать выборы, и какая последует реакция общества на эту фальсификацию. Если ранее особо и не надо было это делать, то сейчас власти трудно будет смириться с падением процента проголосовавших за Нур Отан и пришедших на выборы, а это значит, что, скорее всего, ожидаются более значительные фальсификации, что не может быть не замечено со стороны общества.

В целом же надо предварительно рассматривать итоги карантина как фактор, который способствует дальнейшему потенциальному ослаблению позиций назарбаевской диктатуры, учитывая также старение Назарбаева и возможную сопутствующую этому борьбу в олигархических и чиновнических кланах. Это, в свою очередь, даёт потенциальные возможности для народных масс самоорганизовываться для борьбы за свои попранные исконные прав и интересы.